— Владыка, сюда попадает очищенное зерно, камни перетирают его в муку, готовая поступает по этим канавкам к краю круга и сыпется вниз. А там работники грузят мешки с мукой в телегу и отвозят в амбар.
Митрополит взял щепотку муки и попробовал на вкус. При этом он не скривился, хороший знак.
Слава богу, потом меня оттёрли в сторонку. Царское окружение подкрепилось и вскоре процессия с шумом отправилась восвояси. Я только изрядно оглушённый смотрел на удаляющийся столб пыли, пытаясь собрать мозги в кучу. Так всё неожиданно. Я думал приедет государь со свитой и церковникам, быстро покажет им моё детище и всё. А тут я оказался перед огромным скоплением народа. Не побоюсь сказать, что наверняка здесь побывала элита. Самые важные сановники царства.
— На-ка выпей, — Выродков сунул мне в руку кубок с жидкостью. Я махнул содержимое не глядя и сразу закашлялся. Огненная жидкость пронеслась по пищеводу, ободрав мне гортань.
— Что это? — сипло прошипел я.
— Так вино хлебное, забористое. Для себя держу. Тебе сейчас в самый раз будет.
Блин, предупреждать надо. Я-то думал, что он вина фалернского налил. А тут градусов под сорок. Явно двойной перегонки продукт. В простонародье его называют полугар. Зато через несколько минут мне захорошело и появился просто зверский аппетит.
Ну, Иван Спиридонович, век не забуду. Он как будто знал, что мне нужно. Слуги быстро накрыли для нас закуски. Кроме пирогов и калачей на столе появилось жаренное мясо. Ну и мы вдвоём, как самые главные тут начальники и позволили себе лишнего. Так назюзюкались, что домой меня отвезли тёпленького. Очнулся только на следующий день от дикой головной боли. На моё мычание в комнате нарисовалась Оля, сразу сунула мне в руку огромную кружку с ядрёным капустным рассолом. Выхлебав его, я почувствовал значительное облегчение. Хоть смог встать и умыться. А когда через полчаса организм относительно пришёл в норму, меня позвали к столу, где уже дымилась чаша с горячим бульоном. От еды бы меня замутило, а бульончик пошёл весьма в тему.
Жена сидела напротив с полотенцем в руках и жалостливо смотрела на мои мучения. Зато потом, когда ближе к полудню я окончательно пришёл в себя, она искренне охала от моего рассказа о вчерашних событиях. Чисто по-женски она заставляла повторять особо заинтересовавшие её некоторые моменты. На отдельные вопросы я ответа не знал. Ну не смотрел я за царицей и её свитой. Не помню, во что она была наряжена. И её дамочки меня тогда не интересовали. А ведь это мою жёнушку занимало намного больше, чем интерес самого митрополита к нашему проекту. Вроде Ольга весьма практичный человек и успешно занималась нашими финансовыми и хозяйственными делами. Но вдруг резко глупеет, когда речь заходит о царском дворе и особенно о царице. В чём-то её можно понять. Софья Палеолог — это вам не дочь уездного князя. Она является символом огромной империи и носителем её ценностей.
Первым делом после приезда в Москву царица крестилась заново по православному обряду. Ей насильно ещё в юности провели обряд конфирмации, переведя из православия в католичество и сейчас она вернулась в лоно родной церкви. Деятельная византийская принцесса и царица всея Руси не только активно вмешивается в политические процессы. Именно с её подачи Иван пошёл на смелый шаг и отказал хану Золотой Орды в выплате оброка. Племянница и крестница ныне покойного Византийского императора уговорила мужа начать перестройку Москвы и нашла сама в Италии известных зодчих, пригласив их в Москву.
Никто же не предполагал, что турки-сельджуки окончательно и бесповоротно заняли Константинополь. В Риме и в других столицах строили планы о возвращении этих земель в лоно христианской церкви. Поэтому к Софье отношение было особое, а в народе её любили. Просто за то, что она такая.
Кроме всего прочего она формирует новый, ранее неведанный придворный этикет.
Новые порядки я ощутил на собственном примере. Мне гонец доставил приглашение в великокняжий дворец. Что примечательно, наказали прибыть вместе с супругой. Благо это случится только через три дня и у Ольги будет время подготовится к этому действу достойно. Мне только пришлось шепнуть её на ушко, — Олюшка, не забывай, что ты дворянка и мы приглашены к царю. Нужны подходящие украшения. И вообще…
Оля поняла моё «вообще» правильно. Каждое сословие одевалось в соответствии со своим положением. На улице и в церкви сразу видно — кто есть кто. Купчиху не перепутаешь с боярыней. Это богатые ткани, другой фасон одежды, меха и, разумеется, украшения. Какая женщина не захочет примерить драгоценности. Но купчихе не по чину некоторые из них.
Жена многозначительно посмотрела на меня, чмокнула в щёку и побежала за дополнительным кошелем с серебром.
Ах вот как, значить княгиня Варвара Голыгина. Так теперь величают Яну. Она в свите царицы и явно её ближайшая подруга.
