Узбек купил набор для выращивания кристаллов и случайно вырастил в своем строительном вагончике бриллиант весом 1 кг. Когда он пошел в магазин, вагончик увез КАМАЗ. Куда увез – неизвестно. Узбек позвонил на телевидение, но когда его приехали снимать, друг узбека вдруг начал кричать «не снимай мой личность», и ситуация сошла на нет.
И так далее. Потом я умер…
Проснулся в той же комнате. Встать не смог, слишком низко. Можно только ползать. Сколько прошло времени? Таймера больше нет, его скрыл потолок. В комнате убрали, трупа нет, запах обычный, вполне приятный. Посмотрел на дверь. Ручка где-то под потолком. Подполз, толкнул дверь, не поддается. Значит, заперта.
– Интересно, как я потом открою дверь, если она без ручки?
Что произошло? Мне казалось, я умер, хотя как такое может казаться?
– Ты спас меня?
Вспоминай. Меня посадил сюда Роберт Маркин и заставил писать миллион знаков. Осталось совсем немного.
Записка! Как я сразу не заметил.
«Количество знаков = 832 008.
Ориентировочное время выхода без учета сна = через 3 округленных дня.
Высота потолка = 1 метр 15 сантиметров.
Вы почти умерли, но я спас вас, чтобы вы могли продолжать выполнять задание. Продолжайте».
Спас меня? Значит, Роберт не ставит целью лишить меня жизни?
– Спасибо.
Как-то вырвалось. Хотя за что спасибо? За то, что посадил меня сюда? Я почти умер, и в этом его вина. Но он сдержит обещание, в этом я уверен. Выпустит меня. Осталось совсем чуть-чуть. Я справлюсь быстрее, чем за три дня. Надо продолжать писать.
Осталось совсем немного, кажется, я смогу выйти отсюда уже через несколько часов. Неужели? Даже не верится. Потолок совсем низко, ровно один метр. Меня преследуют приступы паники, начинаю задыхаться, но беру себя в руки.
Ступор. Не знаю, что дальше писать. Пальцы в крови, уже не обращаю внимания.
Впервые за долгое время вспомнил про отца. Как он, жив ли? Как только выйду, сразу к нему. Вновь вспомнил про то, как к нам каждый вечер приходила смерть. Кто это был на самом деле? Может быть, отец кому-то задолжал? В таком случае вряд ли они приходили бы каждый день. Зачем? Нет, не то. Может быть, это была мать? Отец никогда не говорил о ней, а когда я спрашивал, уходил от вопроса. В какой-то момент я просто перестал интересоваться. Нет, если бы приходила мать, она кричала бы что-нибудь, давала понять, что это она. Гостья просто стояла за порогом и молчала. Или гость.
Главное, чтобы отец был жив. Наверное, все это бред и с ним все нормально, я зря придаю значения таким вещам, что-то выдумываю. Пока я нахожусь здесь, все приобретает какой-то особый смысл, но стоит ли искать его?
Надо сосредоточиться на концовке, осталось совсем чуть-чуть. Нет, ничего не приходит в голову. Интересно, сколько еще есть времени, прежде чем потолок снова опустится?
Вновь задыхаюсь. Как привести мысли в порядок? Что я буду делать, когда дверь откроется? Давай по порядку. Сразу поеду к отцу. Как? У меня нет денег. Телефона тоже нет. Роберт отдаст их мне? Да, надейся. Конечно, не отдаст, зачем ему это? Были ли у меня с собой деньги, когда меня похитили? Не помню. Были, наверное, не мог же я выйти на улицу совсем без денег. Роберт забрал куртку, прежде чем бросил меня сюда. Интересно, как это происходило? Он же не мог взвалить мое тело себе на плечи и тащить? Нет, как-то по-другому. Впрочем, какая разница? Разве сейчас это имеет хоть какое-то значение?
Еще раз. Надо понять, что делать, когда окажусь на свободе. Добраться до квартиры. Как я попаду туда? Ключи тоже были в куртке. Получается, необходимо сразу идти в полицию, другого варианта нет. Узнать у прохожих, где ближайшее отделение. Все-таки интересно, где находится этот бункер, в каком районе города и в городе ли вообще.
Паника.
Я не выберусь отсюда. Сколько ни старайся, он не выпустит меня. Это логично, подумай сам. Если бы ты запер его здесь, отпустил бы? Нет. Чтобы ты сделал? Придумал бы новое задание, хотя зачем? Просто бы раздавил его, как только задание будет выполнено. И все. И нет никаких проблем, никто не узнает, что я сделал, никто не поймает.
Паника.
Я никогда в жизни не был с девушкой.
– Ты точно отпустишь меня?
Давно ничего не говорил, не узнаю свой голос. Мой ли он? Не бредь, нельзя поддаваться панике. У тебя нет другого выхода, кроме как дописать миллион знаков и верить в то, что Роберт откроет дверь. Может быть, все-таки дать ему понять, что я знаю, кто он? Нет, оставлю это в качестве козыря. То, что я знаю это, а он нет, мое преимущество. Но что оно мне дает? Как можно использовать эту информацию против Роберта? Запугать его? Смешно. Он может похоронить меня под грудой бетона в любую секунду.
Потолок хрустнул и раздавил стол. Я вскрикнул. Страшный звук. Представил, как такой же звук издаст моя голова, когда на нее обрушится потолок.
Самые последние знаки давались удивительно легко. Я даже подумал, что сюжет можно продолжить.
– Я же смогу забрать эти листы с собой?
