— В общем, в оба детских дома я дозвонилась и договорилась, чтобы вас приняли. Но толком они вам ничем не смогут помочь. После того как воспитанники уходят из детского дома, их судьба уже никого не интересует. Но в любом случае информацию о родных Андрей там сможет найти. Хотя бы фотографии их посмотрит.
— Спасибо Валентина Васильевна. Именно это я и хотел сделать. Там точно должны быть фотографии в шестнадцать лет. Как раз на паспорт нужно фотографироваться.
— Скажешь мне спасибо, когда встретишься с родственниками. Я всего лишь делала пару звонков, которые мне ничего не стоили. А теперь идите уже, мне работать нужно.
Возле первого детского дома, где содержали брата Андрея, мы были уже через полчаса. Десять копеек за проезд на автобусе. Потом ещё минут пять в поисках нужного здания и вот мы уже на месте.
На входе нас встретила нянечка со шваброй в руках и едва не отходила этой шваброй за то, что мы ей наследили. Но вроде удалось уладить всё миром.
— Это вам к Марине Владимировной надо. Она у нас здесь главная. Вот сейчас полы немного просохнут и тогда можете проходить. Её кабинет находится на втором этаже, там же и архив у нас. Я и сама сирота. Никогда в жизни мамки с папкой не видела.
Нянечка начала нам рассказывать о своей жизни и так увлеклась, что даже не заметила нашего ухода.
Как и говорила мама, Андрей смог лишь посмотреть на фото брата. С момента его выпуска прошло уже двенадцать лет и это фото мало чем сможет помочь. Но всё же лучше, чем ничего. Ещё Марина Владимировна сказала, что прекрасно помнит Сашу, а именно так звали брата Андрея.
— Насколько я знаю, сразу после выпуска Саша пошёл служить. И вроде его взяли служить к нам в Рязанский полк ВДВ. Это единственное, чем я ещё могу вам помочь. О младшем брате он никогда не рассказывал. Только о сёстрах. Но я знаю, что его мама была беременна, когда с ней произошёл тот ужасный случай, — перед уходом сказала нам Марина Владимировна.
Значит, пошёл служить в ВДВ. Это очень сильно облегчало поиски. Да и имелся у меня знакомый в полку. Вот только неизвестно, как поведёт себя Витя при встрече со мной. Интересно, Галя рассказала ему о том, что произошло? И вот опять я думаю о ней. Женщины — зло. Стоит связаться с ними и потом без них уже ничего нельзя сделать.
Но в любом случае стоит попробовать. Не убьёт же меня Галин брат, даже если она поделилась с ним. Хотя с чего ему меня убивать? Я не обижал Галю, просто исчез из её жизни, и всё.
Детский дом, из которого выпустились сёстры Андрея, находился на другом конце города. Вот только я туда не поехал. Мы решили разделиться. Андрей отправлялся в детский дом. Как туда добраться, я ему подробно объяснил. А я отправился попытать удачу в полку ВДВ. К тому же после обеда я хотел встретиться с Аркадием Борисовичем и сделать это без Андрея. Всё сложилось очень удачно.
— Напиши его имя и фамилию. Если брат твоего друга служил в нашей части, то найти его будет несложно. Большинство местных парней, которые проходили срочную у нас, частенько заглядывают в гости. К тому же он служил в 66–68 годах. Есть у нас пара прапорщиков, которые также в эти годы проходили срочную. Приходи завтра. Посмотрим, что смогу узнать.
А потом Витя спросил меня про Галю. Как оказалось, она ему ничего не говорила. Да и вообще, общались они в последний раз перед нашим отъездом в Сасово.
— Лезть в ваши отношения я не собираюсь. Но это не дело. Ты должен поговорить с сестрой и всё ей объяснить. Она была очень счастлива рядом с тобой. Жаль, что всё так обернулось. Буду надеяться, что всё у вас ещё образумится. А насчёт твоей просьбы можешь не переживать. Сегодня же я всё узнаю. Приходи завтра вечером.
Ещё одно дело было сделано. Теперь отправляться на встречу с Аркадием Борисовичем.
— Сергей, подожди немного. Сейчас я закончу и потом поговорим, — сказал мне психиатр, когда я заглянул к нему в кабинет. Там сидела женщина лет тридцати и что-то рисовала.
Минут двадцать я прождал под дверью кабинета. Время было около двух часов. По идее Андрей уже должен был освободиться. Договорились с ним встретиться на площади Победы. Если меня долго не будет, то Андрей должен будет пойти к маме. Только я уверен, что он этого не сделает и будет ждать меня до последнего. На всякий случай я предлагал ему взять ключи. Всё же я предполагал, что Андрей освободится быстрее меня. Но парень отказался, и переубеждать его я не стал.
— До следующей пятницы Виктория Сергеевна. Не забывайте о лекарствах, что я вам выписал, — попрощался с женщиной врач, а затем обратился ко мне. — Заходи, Сергей. А почему без друга? Всё же эта информация будет касаться его мамы.
— Именно поэтому его и нет сейчас со мной. Сперва я услышу эту информацию, а уже затем решу, рассказывать Андрею или нет.
— Ну, что же, довольно разумный подход. Проходи в кабинет, присаживайся. Сейчас я подойду. Сложная пациентка, больше двух часов с ней работал.
