В первый день мне удалось подарить строителям часов пять тихой работы, но на этом мои успехи и закончились. Уже на следующий день бабушка была на своём посту. Ну а я подрядился у мужиков в качестве разнорабочего. Днём я помогал им на стройке, а вечером гулял с Мишкой, который очень обрадовался моему появлению в селе.
Две недели пролетели очень быстро. За это время дом был полностью поставлен и оставалось только внутренняя отделка. Дядь Коля сказал, что всё сделает сам. Вещей у бабушки практически не осталось, поэтому и завозить было нечего.
Не известно было, когда я приеду к бабушке в следующий раз. Но в любом случае приеду я уже в наш дом, а не к соседке. Пусть он и будет временным, но нашим.
Ещё день я провёл с мамой и в воскресенье отправился в Сасово.
И вот по прошествии двух недель я снова оказался на территории СЛУГА, приехав на день раньше. Просто к назначенному сроку я бы никак не успел добраться вовремя. Только вот так, заранее. Впрочем, я такой был не один. Заранее решили приехать практически все кандидаты, за исключением трёх человек. А как оказалось некоторые и вовсе не уезжали. Жили они слишком далеко, и смысла появляться дома на пару дней не видели.
— Фомин, к тебе тут несколько раз приходила девчонка. Буквально пару дней назад в последний раз забегала. Ходит, ходит, а тебя всё нет. Смотри, найдётся кто-нибудь, кто к девчонке этой выйдет вместо тебя. — сказал мне один из парней, что не ездили домой.
Значит, Галя всё же приходила. Вот только зачем? Я уже совсем и забыл про неё. Пускай живёт своей жизнью.
Валера тут же начал приставать ко мне с расспросами. И вот так пролетел вечер, а уже следующим утром нас подняли, как только рассвело.
— У вас есть десять минут, чтобы собрать все свои вещи и погрузиться в самолёт. Второй этап отбора начинается с этой минуты. — обрадовал нас старшина, что руководил нами при разгрузке оборудования.
Армейские тут же бросились выполнять приказ, а мы ненадолго зависли, пытаясь осмыслить услышанное. На самом деле времени было дано более чем достаточно и уложились абсолютно все. И вот таким незамысловатым способом отсеялось ещё три человека, которые не приехали заранее.
На аэродроме нас уже ждал готовый к взлёту АН-26 и как только мы все оказались на борту, самолёт начал разгон. А через несколько секунд мы уже летели в неизвестном направлении, перешёптываясь между собой и не понимая толком, что вообще происходит.
Вместе с нами в салоне сидел только старшина Синельский и больше никого.
Летели мы не меньше четырёх часов. Всё это время ребята строили разного рода догадки, от более-менее правдоподобных до настолько фантастических, что поверить в них было просто нереально.
Больше всего мне нравилось предположение, что нас везут в какой-нибудь тренировочный лагерь. Владимир Алексеевич говорил, что будет ещё несколько этапов отбора и кто знает, что это будет за отбор?
Сперва я всерьёз думал, что нас заставят выпрыгивать из самолёта с парашютами. Вроде все ребята уже совершали прыжки, и это было вполне логично. Но парашютов в самолёте не оказалось, и эта гипотеза отпала сама собой.
Обращаться к Синельникову с какими-нибудь вопросами смысла не было. Как только самолёт набрал высоту, он заснул, предупредив, чтобы мы его не трогали, пока не совершим посадку.
— Привезут нас сейчас в военный лагерь, расположенный где-нибудь в Сибири и устроят курс молодого бойца. Как-то это мне совершенно не нравится. Собирались на пилотов поступать учиться, а тут что-то непонятное. Я уже жалею, что согласился, — заговорил Валера, когда мы находились в воздухе уже часа три. Всё было обговорено не один раз и оставалось только предаться вот таким упадническим настроениям.
Тут я его отлично понимал. Самого посещали такие же мысли. Только для меня военная составляющая была очень важна и я не мог вот так легко взять и отказаться от неё... Всё же как по-другому попасть в нужную мне часть после обучения в СЛУГА я не знал. А вот он легко мог отказаться прямо сейчас. Вернулся бы спокойно домой и ждал, когда объявят результаты экзаменов. Если он смог пройти на военный курс, то на гражданский попадёт без проблем.
Именно это я и сказал Валере. Да и он сам прекрасно это понимал. Вот только уже не мог так просто взять и пойти на попятную. Не в его правилах было бросать начатое дело. Если взялся, то постарается довести его до победного конца. И это было правильно.
Когда самолёт пошёл на снижение, мы все прилипли к иллюминаторам, чтобы увидеть огромный палаточный городок, расположенный посреди лесного массива. Здесь имелась отличная взлётно-посадочная полоса и капитальная диспетчерская вышка.
Вот и подтвердилась гипотеза насчёт тренировочного лагеря. Но точнее мы узнаем, когда услышим это от руководства.
