Это было правдой: он за всю жизнь не стоял столько перед зеркалом, сколько сегодняшним утром. Тесей взглянул на отца, но тот с виноватым видом покачал головой: Ньют до сих пор не появился. Ну это уже просто предательство!
Распорядитель торжества деликатно тронул Тесея за рукав, прислушался к чему-то и, будто в самом деле услышав вдалеке шаги невесты, объявил:
— Пора начинать!
Мама панически переглянулась с отцом.
— У Ньюта ведь кольца… Не волнуйся, мы дадим вам наши!
Она потянула с пальца обручальное кольцо, когда в зарослях что-то зашуршало, и появился Ньют, трансгрессировавший в спасительном дюйме от ствола древней яблони и на ходу вытряхивающий листья из волос. С ним была его американская подруга, с пылающим лицом и в вечернем платье. Она спешно села на ближайший стул, а Ньют бросился к Тесею.
— Прости! Я напутал со временем, а потом еще нюхль…
Секунду назад Тесей был уверен, что зол на него донельзя: неужели нельзя не начудить хотя бы в такой день? Были у него мысли и похуже: что Ньют не опаздывает и не забыл, а намеренно не явится, потому что…
— Я рад, что ты пришел, — искренне сказал Тесей, глядя ему в глаза.
Ньют немного нервно усмехнулся.
— Конечно, я ведь принес кольца!..
— Не только поэтому. — Брат отвел взгляд, неуверенно улыбнулся, и Тесей с подозрением спросил: — Но с кольцами же все в порядке?..
Ньют схватился за карман.
— Да, да, я…
Он замолчал.
Среди деревьев впереди, на другом конце лужайки, мелькнуло белое. Гости смолкли, единой волной повернулись туда. В зарослях кругом голубели колокольчики, среди ветвей и на серебристой ткани свадебного шатра вспыхивали разноцветные огни светлячков и все это было очень красиво, наверное, но Тесей ничего не видел, кроме той картины, для которой только и нужна была эта рама: как под руку с отцом идет к нему Лита Лестрейндж в белом платье. Конечно, нельзя так думать, зная, чего это стоило ей, но сейчас Тесей был благодарен ее фамилии, ее мрачной семье с их зловещей славой. Не будь этого, его бы она уж конечно не дождалась, какой-нибудь счастливый мерзавец давным-давно прибрал бы ее к рукам. Но ему повезло. Черт возьми, как же ему повезло… Церемония еще даже не началась, все торжественные речи были впереди, но Тесей смотрел на Литу и молча клялся, что будет любить ее так отчаянно, преданно и безумно, как никто еще никого не любил. Что докажет судьбе: он заслужил свою удачу.
Мистер Лестрейндж подвел Литу к нему. Сняв с левой руки дочери перчатку, он вложил ее нежные пальцы в ладонь Тесея, и вдвоем они повернулись к цветочной арке и стоявшему перед ней церемониймейстеру.
— Леди и джентльмены! — начал тот, подняв руки, и шатер погрузился в полумрак, а на ткани загорелись звезды. — Мы собрались здесь ныне, чтобы отпраздновать союз двух любящих сердец! Тесей Саламандер, берете ли вы эту женщину, чтобы любить и почитать ее, в болезни и здравии, в богатстве и бедности…
И вы еще спрашиваете!
— Да!
Наверное, он сказал это до смешного громко.
— Лита Лестрейндж, берете ли вы…
Рука Литы едва заметно дрожала. Тесей видел ее лицо сквозь вуаль — широко распахнутые глаза и крепко сжатые губы, и спасибо небесам за свадебную моду, все здесь попросту ослепли бы, не будь на ней фаты.
— Да, — ответила она, тихо и твердо.
Ньют подал им кольца, вырвавшиеся из палочки распорядителя искры закружились вокруг них, и Тесей поднял с лица Литы фату. Она плакала. Он никогда раньше не видел, чтобы она плакала… Это был слишком соленый поцелуй для свадьбы, и слишком страстный тоже, но им было все равно.
— Я люблю тебя, — прошептал он ей, и Лита на секунду спрятала свое прекрасное лицо у него на груди.
— Я тебе верю.
***
Распорядитель торжества взмахнул палочкой, и ткань свадебного шатра лопнула сотнями лоскутов, они осыпали сад и обратились гирляндами трепещущих на ветру белых флажков. Ряды стульев разлетелись в стороны, между каждой парой из них возникли столики, украшенные венками из цветов, ивовых веток и заколдованных свечек, а по воздуху поплыли серебряные подносы с шампанским. Гости хлопали, кричали поздравления и пожелания счастья. Новобрачных окружила настоящая толпа, и Ньют, решив подождать своей очереди, отошел к деревьям. Тина стояла там, очень красивая в своем сверкающем синем платье. Она улыбнулась ему, он ей, они постояли рядом в смущенном молчании.
— Они очень красивая пара, — наконец заговорила Тина, взглянув на Литу и Тесея вдалеке.
— Как и ты, — немедленно ответил Ньют и тут же понял, что это звучит очень криво. — То есть мы. То есть только ты! Ты… очень красивая сегодня.
Тина засмеялась, но это был совсем не обидный звук.
— Наверное, твой нюхль тоже так решил. — Она шевельнула свою вышитую юбку: несколько блестящих бусин на ней отсутствовали, оставив после себя только торчащие нитки.
— Прости! — Сегодня он извиняется еще больше, чем обычно…
— Не страшно, — быстро сказала Тина и снова улыбнулась. — Главное, мы успели вовремя!