– Я предпочитаю вишневый. – Алисия сменила тему, беззаботно заговорила о ликерах. – А у вас необычный для мужчины вкус. Обычно сладость для дам. Вам не хватает нежности и заботы.
Ленар напрягся. Императрица-мать начала издалека, но стремительно двигалась к цели: она задумала его женить.
– Я решила, что справедливо, после того как сын сделает выбор, показать остальных девушек вам.
– Показать? – коротко усмехнулся граф. – Они не товары на ярмарке, ваше величество, а живые люди.
– Ах, не придирайтесь к словам! – отмахнулась Алисия. – Вы прекрасно поняли. Тут собраны лучшие девушки империи. Или вы считаете, будто никто из них не достоин фамилии Горзен?
Вопрос опасный, крайне опасный, с двойным дном. Ленар ответил максимально осторожно:
– Безусловно, каждая бы осчастливила меня, ведь они отобраны для самого императора, но, к сожалению, я еще не созрел для брака.
– Напрасно! Вы ровесник Вардена, пора. Наличие жены не мешает заводить любовниц. Это гораздо лучше, чем заводить любовниц, но не иметь жены.
– Боюсь, в данном вопросе я не солидарен с вашим величеством. Супружество предполагает верность.
Последний глоток сделан, можно закончить неприятный разговор.
Граф внимательно прислушивался к своим ощу-щениям. Вроде ничего необычного, яд, подсыпь его слуги по приказу Алисии в чашку, давно бы начал действовать.
Однако не стоило говорить о верности. Судя по набежавшей на лицо императрицы тени, она вспомнила о похождениях супруга. За свое пятнадцатилетнее правление Деймон Первый умудрился завести около сотни романов и мелких интрижек. В результате по просторам империи бегали десятки монарших отпрысков. Ни одного покойный император не признал, поэтому сосчитать их не представлялось возможным. И кто-то в свое время мог примкнуть к абигонцам.
Ленар тряхнул головой, отгоняя призраки прошлого, и снова бессознательно прижал пальцы к вискам. Сквозь отделанные в мармеладных, бледно-розовых и бледно-зеленых тонах стены проступили картины сожженных деревень и виселицы, много виселиц. Граф ехал мимо них, всматриваясь в лица, а за ним следили. Он кожей ощущал неприязненные, настороженные взгляды, но знал, стоит обернуться, невидимые наблюдатели исчезнут. Столько лет прошло, а Ленар помнил запах гари, ржавые подтеки крови, искаженные мукой лица.
– Вам нехорошо?
Встревоженная Алисия потянулась к колокольчику для вызова слуг.
– Простите, ваше величество.
Граф не желал ничего объяснять. Он мог бы сослаться на бессонную ночь, но предпочел сдержанно попрощаться и покинуть пропахшие нафталином комнаты. Ему требовалось встряхнуться и наконец заняться делами.
Итак, где сейчас может быть Катарина? Женские ласки действеннее любых настоев.
«Она пыталась меня убить».
Ленар остановился, будто споткнулся о внезапно всплывшую в мозгу мысль.
– Почему ты пожалел ее? – Граф не заметил, как спросил это вслух. – Хотя она так и так попадется, Эммануэль докопается.
– До чего? И кто эта таинственная «она»? – послышался рядом звонкий голосок.
Ленар улыбнулся. Создатель о нем позаботился, послал навстречу Катарину. Маркиза держала одну из левреток императрицы. На редкость глупые и визгливые создания!
– Боюсь, я не смогу удовлетворить ваше любопытство. – Поравнявшись с Катариной, граф ухитрился поцеловать ей руку. Это оказалось нелегко: противная собака норовила его укусить. – Дела государственной важности.
И без экивоков, понизив голос, предложил:
– Прогуляемся? Я соскучился.
– Не могу, – с тоской вздохнула Катарина. – Мне нужно выгулять Персиваля.
Ленара передернуло. Персиваля! Только им-пе-рат-ри-ца-мать могла дать псу столь пафосное имя. И какому – жалкому подобию собаки, дрожавшему от каждого чиха.
– Разве только… – Маркиза кокетливо провела языком по нижней губе и прикусила ее. – Составьте мне компанию, ваше сиятельство.
Граф улыбнулся. Приятно, когда настрой дамы созвучен твоему. В парке достаточно укромных уголков. Ему хватит четверти часа, ничего с проклятой собачонкой не случится.
Катарина тяжело дышала посреди облака поднятых юбок в одной из беседок. Глаза все еще туманились от страсти, тело содрогалось в отголосках сладостных конвульсий.
Ленар оправил брюки и мельком глянул на карманные часы. Первый час. Малышка Катарина вернула его к жизни, теперь граф без труда справится с потоком просителей.
– Я уже заказал колье, – застегивая рубашку, вскользь обмолвился он. – Как ты хотела, с бриллиантами и рубинами. В среду сможешь примерить.
– Ты прелесть! – Катарина лениво поднялась и поцеловала его в щеку. – И будешь еще большей прелестью, если поможешь с корсетом. Не желаю, чтобы обо мне шептались. Сам знаешь, как императрица относится к внебрачным связям, а я рассчитываю занять место старшей фрейлины.
Расстегивать крючки гораздо проще, чем застегивать. Вдобавок казалось несправедливым прятать соблазнительную грудь Катарины. В итоге Ленар провозился с корсетом дольше положенного, попутно успев приласкать любовницу. Она не возражала, охотно выгибалась в его руках.
