Они кладут его на кушетку и бегло начинают искать нужное оборудование для реанимации. Стен накладывает кучу тряпок на рану Пятого, пытаясь остановить кровотечение, перетягивает его корпус выше раны жгутом и начинает ему непрямой массаж сердца, пытаясь заставить Пятого проснуться. Он что-то все время говорит Бекки, раздавая ей задания, и она молча и быстро их выполняет, наблюдая за братом.
Она впервые видела его таким. Он впервые заботился о ком-то и действительно волновался. Но ее удивляло то, что Стен спасал своего врага. Он ненавидел его за то, что тот был наставником ее убийцы. Сколько бы Бекки не говорила о том, что это была лишь их работа и они не имели права выбора, ее брат всегда думал обратное, всегда ненавидел этих двоих и всегда мечтал убить их, наблюдая и наслаждаясь их страданиям. Однако сейчас он усердно пытался вдохнуть жизнь в своего врага. Бекки смотрела на своего брата и ей хотелось плакать, ведь она всегда надеялась, что в нем есть что-то хорошее и несмотря на все его ошибки, она продолжала его любить. Даже когда он стал монстром. Даже когда убил их же родителей.
Мисс Рейн тихо подошла к койке, наблюдая за этими двумя. Ее холодный взгляд прошелся по мертвому телу Харгривза, и она опечалено нахмурилась. Женщина подошла ближе, протягивая руку к парню, но ее тут же перехватил Стен, больно сдавливая ее кожу под плотными перчатками.
— Даже не смей дышать в его сторону, — его глаза загорелись зеленым светом, становясь особенно дикими, а его голос больше был похож на рык очень опасного хищника, — Я не позволю сделать его твоей игрушкой. Только через мой труп.
Рейн отдернула руку, продолжая молчать. Она исподлобья посмотрела на Стена, словно готовясь дать ему новую порцию страданий. Тогда между ними встала Бекки, преграждая путь ее смертоносному взгляду на брата. Она посмотрела в ее глаза. В них больше не было страха и боли, которую она испытывала уже слишком долго. Она все еще была тем монстром, каковым ее сделала глава Академии, но она больше не позволяла бесчеловечности брать над собой вверх. Эту войну внутри себя она смогла выиграть и теперь она не позволит вновь забирать у нее близких. Рейн стала единственной, кого Бекки ненавидела по-настоящему. Ведь если у Викс не было выбора убивать ее или нет, то у Рейн выбор был. Она заставила Стена убить родителей, сделала из ее брата такого же монстра, которому теперь тоже придется сражаться внутри себя. Поэтому сейчас она была готова буквально вцепиться в глотку этой мерзкой твари, игнорируя боль, которую Мисс Рейн захочет причинить.
Брюнетка плавно подняла голову, смотря на Бекки свысока. Затем она молча развернулась и вышла, напоследок обернувшись на них. Бекки снова начала бегать вокруг Стена, а сам парень продолжал пытаться вернуть Пятого к жизни. Затем она медленными шагами прошла по Академии, возвращаясь в свой кабинет и окидывая взором тот погром, который тут устроила незваная гостья. Она подошла к окну, устремляя взор на уже надоевший ей сумрак. Затем она поморщилась, поднося руку, которую ей сжимал Стен, ближе к лицу. Она потянула за перчатку, медленно снимая плотную ткань с руки. Она сильнее свела брови, морщась от боли. Из-под ткани перчатки показалась кожа женщины, усыпанная язвами, с которых уже не переставала сочиться кровь.
***
Она прекрасно помнила этот ужасный день, который ей бы снился в кошмар, засыпай она хоть иногда. Но воспоминания о нем до сих пор вызывают разряд тока по телу и чувство жжения в затылке. Ведь тогда у нее начался ее отсчет. И тогда она поняла, насколько мало у нее времени.
Мисс Рейн тяжелым шагом шла к лазарету, где ее уже ждало мертвое тело Бекки. Она уже тогда чувствовала, что что-то идет не так. Уже тогда она понимала, что не сможет бесконечно делать все эти вещи. Она не могла больше впитывать силы особенных и не могла больше их использовать, не разрушая свою физическую оболочку. Но тогда она думала, что это можно исправить.
— Ты ведь понимаешь, что уже перешагнула грань?
Женщина только успела занести еще не израненную ладонь над телом маленькой девочки, готовясь к концентрации. Она остановилась, направляя свой пустой взгляд в темноту комнаты. Ее голос был спокойным и холодным. Она не знала, побочный ли это эффект от ее экспериментов, или же она всегда была такой, или же стала потому что пошла против всей своей сущности и реального предназначения на этой планете. В этой версии Вселенной.
— Реджинальд… — она обернулась, определяя местоположение мужчины по звуку и сразу встретилась с его серьезным взглядом, который до дрожи раздражал ее. Она смотрит на него исподлобья, что придает ее взгляду хищность, — Ты ведь знаешь, я не люблю непрошенных гостей.
— Ты совершаешь ошибку. Но еще есть время ее исправить.
— Ошибку? — ее голос неожиданно стал выше, окрашиваясь в удивленный тон, — Это ты совершаешь ошибку, слепо следуя своему «предназначению». Кто решил, что мы должны поставить свои жизни на кон ради этого? Все можно сделать с выгодой для всех!
— Ты многого не понимаешь, Мария…
