Жёнушка была там же, где я её и оставил. Смотрела на меня пустым взглядом, еле на ноги поднялась. Вся горячая. Я ополоснул её лицо прохладной водой, пока она хныкала, что задыхается.
— Стой ровно, — процедил я, аккуратно её умывая, стараясь не размазать косметику, чтобы та не попала в глаза. — На хрена так много красишься вообще?
— Потому что я некрасивая.
— Что за чушь!
— Ты сам так сказал. Что я страшная, и ты никогда меня не полюбишь. Ты поэтому не хочешь иметь со мной детей? Потому что они тоже будут страшными?
— Хватит! — я выключил воду и протянул Тиффани бутылку воды. — Выпей немного и прополощи рот.
— Почему ты не можешь меня полюбить, Картер? — серьёзно спросила она, обхватывая моё лицо ладонями.
— Чего руки такие ледяные? — удивился я.
— Ответь мне! — рявкнула Тиффани. Некоторые люди, когда пьяные, забавные, а она ещё больше раздражает.
— Потому что не хочу, — сказал правду.
Я никогда не смотрел на неё как на девушку. Как на
Тиффани горько улыбнулась, в глазах отразилась боль и обида. Снова этот забитый взгляд. Она отпустила меня и сделала шаг назад, но пошатнулась и чуть не упала. Пришлось ловить её на ходу. Еле успел вовремя, хорошо, что реакция хорошая.
— Чёрт! Выпей грёбаную воду и ложись уже спать!
Тиффани послушно сделала несколько больших глотков, а затем я отвёл её обратно в спальню и уложил на кровать.
— Мне жарко, — простонала она, когда я уже собирался уйти.
Пришлось помочь ей снять платье. Она тяжело дышала, щёки всё ещё красные. Я поставил на прикроватную тумбу бутылку воды и сразу открыл её, мало ли у неё с похмелья сил не будет.
В этот момент дверная ручка дёрнулась, и я вздрогнул. Хорошо, что запер дверь. Вдруг подумал, что когда уйду, Тиффани не сможет запереться и что тогда? Будет лежать здесь в одном нижнем белье, почти без сознания, и кто-нибудь может этим воспользоваться.
Но внутри что-то свербело, не давая спокойно уйти. Снова кинул взгляд на Тиффани. Лежала с открытым ртом, моргала.
— Чего не спишь?
— Меня всё ещё тошнит, — простонала она.
— Пить меньше надо!
Ну и что мне с ней делать? В голову начали лезть неприятные мысли о том, что кто-нибудь будет её лапать, а потом и вовсе трахнет. Или ещё хуже, её снова начнёт тошнить, и она захлебнётся собственной рвотой. Чёрт!
Тяжело вздохнув, я лёг с ней рядом на кровать. Решил подождать, пока она не уснёт или немного протрезвеет.
— Охрененное начало нового года!
— Извини, — проблеяла Тиффани и по привычке прижалась ко мне, утыкаясь носом в шею.
— Можешь ко мне не липнуть? — раздражённо проворчал я.
— Не могу. Мне нравится твой запах.
— Запах одеколона ты хотела сказать.
— Нет. Твой запах.
— И какой он — мой запах? — усмехнулся я.
— Родной, — тихо ответила Тиффани.
Разве я был для неё родным человеком? Нет, конечно. Я относился к ней плохо, но она продолжала меня любить. Маленькая дурочка.
— Спи давай.
— Голова кружится, как только закрываю глаза.
— Зачем так напилась?
— Просто мне больно… Ты на меня даже не смотришь.
— Я на тебе женат, что ещё тебе надо?
— Я думала, когда мы поженимся, станем счастливы. Думала, ты меня полюбишь, — грустно произнесла она.
— Я говорил, что никогда тебя не полюблю.
— Какой ты жестокий, — снова расплакалась, пропитывая мою футболку своими слезами.
— Надо было не ждать меня, а ходить на свидания, встречаться с парнями. И ты бы поняла, что я совсем тебе не подхожу.
— Подходишь, — крепче прижалась. — Ты мне очень подходишь, Картер. Я тебя очень сильно люблю.
— Перестань это повторять.
— Когда-нибудь ты поймёшь — нет на свете женщины, что полюбит тебя сильнее меня.
— Хватит! Спи давай! Недоело слушать твои пьяные бредни.
— Когда я усну, ты пойдёшь искать Рейчел?
— Да сколько можно про эту грёбаную Рейчел?! — разозлился так, что жёнушку придушить было охота. — С тех пор как женат на тебе, я никого не трахал! Так что хватит устраивать истерики!
— Правда? — Тиффани вскинула голову, заглядывая мне в глаза.
Наверное, думала, я вру. Но я и правда никого не трахал, так что меня раздражало, что она всё так близко принимала к сердцу. Подумаешь, Рейчел чмокнула меня в щёку и флиртовала, это ведь ничего не значит.
— Правда!
— Я тебя люблю.
— Я знаю!
Тиффани продолжала в упор смотреть на меня. Такая ранимая, такая уязвимая, потому что влюблена. Я не хочу быть таким же. Не хочу зависеть от кого-то. И чтобы моё настроение зависело от кого-то. Не хочу любить и не умею. Лучше просто найти человека, с которым комфортно. Какую-нибудь горячую цыпочку, что не будет трахать мне мозги и требовать чего-то. А если согласится на секс втроём, то вообще предел мечтаний.
— Это была любовь с первого взгляда, — пробурчала Тиффани, снова утыкаясь носом мне в шею.
— Что?
— Как только увидела тебя, сразу влюбилась. Это какое-то необъяснимое чувство. Сама не знаю, чем ты так мне понравился.
— Просто ты была ребёнком.
— Просто ты — моя судьба.
