Мама довольно кивнула, утирая слёзы. Повисла мрачная тишина. Разговор изначально не очень-то задался. Вообще мне хотелось сбежать, потому что было неприятно видеть разочарование и жалость в глазах родителей. Я их подвёл, запятнал репутацию. Единственный сын и тот неудачник.
— Где ты взял деньги на адвоката? — спросил я у отца.
— Кредит. Ну и Тиффани помогла.
Неожиданно жена стала моим самым главным союзником. И только она одна не смотрела на меня с жалостью, а скорее с сожалением, что всё так обернулось.
— Есть новости про Стюарта?
— Дойл говорит, он держит рот на замке. И нанял крутого адвоката.
— Это хорошо, — рассеянно кивнул отец.
— Но у обвинения есть свидетель. Его имя пока не раскрывают.
— Зачем ты вообще пошёл на это, сынок? — вновь начала рыдать мама. — Ну зачем?
— Потому что я идиот! — выпалил я и залпом допил виски в стакане. Затем встал и отошёл к окну, избегая их взгляда. — Я не думал, что всё так обернётся. Я не умею заглядывать в будущее, ясно?
Чего все от меня хотели? Чтобы я оправдывался? Или признал свои ошибки? Какой теперь от этого толк? Даже если я всё осознал, уже ничего нельзя изменить. Так зачем раз за разом мусолить эту тему?
— Не сердись, Картер. Твоя мать просто расстроена, — отец попытался сгладить острые углы. Удивительно, что сегодня он на меня не орал.
— Я знаю, — тихо произнёс, поворачиваясь к ним. — Просто я устал это обсуждать. Давайте поговорим о чём-то другом. Что стало с фирмой?
— Тендер отобрали. У нас нет поставщиков, и контракты с Бартом, скорее всего, будут расторгнуты. У фирмы плохая репутация.
— Извини.
— Да чёрт с ней, — махнул рукой отец, прикуривая сигару. — Надо было давно объявить фирму банкротом, а не пытаться вытянуть за счёт твоей удачной женитьбы.
— Томас, ты снова много куришь, — упрекнула мама, неодобрительно покачав головой.
— Плевать! Лучше плесни мне виски, женщина. Выпить не помешает.
Она поворчала, но всё же наполнила стакан виски, что стоял на журнальном столике, и протянула отцу. Тот отпил немного и поморщился.
— Когда снова встречаешься с адвокатом?
— На следующей неделе. Кстати о деньгах… У меня есть неоплаченные долги по кредиткам. Так что продай мою машину. Больше у меня ничего нет, — с сожалением признался я, опустив глаза.
Часы и прочие мелкие драгоценности я продал, чтобы насобирать денег для Стюарта. Буквально остался с голой задницей, ещё и в долгах. Я сделал заведомо проигрышную ставку.
— Об этом не беспокойся, сынок. Я всё устрою, — твёрдо заверил меня отец. — О деньгах сейчас нужно волноваться в последнюю очередь.
— Не хочу даже думать о том, что он попадёт в тюрьму, — сдавленно произнесла мама, хватаясь за сердце. — Я этого не перенесу!
— Ну хватит уже! Ничего там со мной не случится, — попытался успокоить её, хотя сам в это плохо верил. Все знают, что в тюрьмах царит полный хаос. Там можно посадить здоровье, сойти с ума или вовсе помереть.
— Надо поговорить с Бартом, чтобы он помог. У него много влиятельных друзей, — настаивала она, будто не слышала, что я сказал пять минут назад.
— Забудь ты уже о нём! — не сдержался и повысил голос. — Плевать ему на меня! Не надо ходить и унижаться!
Мама снова всхлипнула и расплакалась. Чёрт! Я подошёл к ней и обнял. Одной плаксы Тиффани мне вполне хватает, двух я не вынесу.
— Ну всё, хватит плакать. Извини, что накричал.
— Я просто боюсь за тебя, Картер.
— Я знаю… Но не хочу видеть твои слёзы. Хватит вести себя так, словно я умираю. И не надо меня жалеть, ладно?
— Хорошо, — прошептала она, стараясь успокоиться.
Я заглянул ей в глаза, вытирая слёзы. И когда она так постарела? Когда я выйду из тюрьмы, она уже будет вся седая. Если доживёт, конечно, потому что с таким сыном, как я, немудрено схватить инфаркт.
— Ужин готов, — в гостиной появилась Тиффани, натянуто улыбаясь. — Я не вовремя, да?
— Как раз вовремя, — ответил я, поднимаясь с дивана и помогая встать матери. — Пойдёмте ужинать. Хватит с нас дурацких разговоров.
Когда родители вышли из гостиной, Тиффани подзадержалась в дверях, взяв меня за руку.
— Как ты? Всё в порядке? — поинтересовалась она.
— Всё это чертовски утомительно. Мать без конца рыдает, заставляя чувствовать себя ещё большим придурком.
— Она справится, — жена крепче сжала мою ладонь и слабо улыбнулась. — Всё будет хорошо.
— Присмотришь за моими родителями? — внезапная мысль пришла мне в голову, потому что я не верил в хороший исход. Тиффани ведь им всегда нравилась. Да и кого ещё мне просить?
Она сдержанно кивнула, смаргивая непрошенные слёзы, а я облегчённо выдохнул.
— Спасибо, — тихо прошептал и поцеловал её в висок.
Тиффани
Я почти проснулась от томных поцелуев. Почувствовала чужие руки на своём теле, и что-то твёрдое прижималось к заднице.
— Детка, я тебя хочу… — сквозь сон донёсся до меня голос мужа. Или это и есть сон?
Влажный язык прошёлся по ключице, губы чмокнули в шею, пробираясь выше. Горячее дыхание защекотало ухо, вызывая мимолётные мурашки.
— Я сплю, — пробурчала я.
— Так просыпайся, и я трахну тебя, как ты любишь.
— Трахни…
