— Тогда… я подумаю. Не хочу продешевить.
Меня опять душат слезы. Сил едва хватает, чтобы донести поднос с кружкой до кухни.
— Не выпил? — удивляется мама.
— Спит, — отвечаю я. — Я тоже пойду, хорошо? Очень устала.
Почему сразу не отказала Карецким? Тогда они придумают что-то еще, чтобы нас разлучить. А я хочу хоть немного побыть девушкой Кая. Пусть он выздоровеет, мы вместе отпразднуем мой день рождения, а потом…
Захожусь в беззвучном плаче, врубив воду в ванной комнате.
Почему любить так больно…
Утром увидеть Кая не удается. Телефон молчит, наверх меня не пускает мама.
— Нечего, нечего, — говорит она. — Болен он, спит, не надо беспокоить. Проснется — напишет. Иди в школу, прогульщица.
Я не тороплюсь на утреннюю тренировку. Похоже, их больше не будет. И из группы поддержки придется уйти. Мне страшно.
Чтобы поговорить с Леонидом Сергеевичем без свидетелей, жду его на улице, чуть дальше от крыльца. И выскакиваю на дорогу, едва его машина выезжает со двора.
— Садись, — говорит Леонид Сергеевич коротко, приоткрыв дверцу. — До школы подброшу.
Ныряю внутрь салона, забросив рюкзак на заднее сидение. Пристегиваю ремень.
— Говори, — велит Леонид Сергеевич, мягко выруливая к большой дороге. — Извинения можешь пропустить. Верю, что не хотела, но так получилось.
— Как Кирилл себя чувствует?
Он бросает на меня быстрый взгляд.
— Хотел бы сказать, что лучше, но увы. Ночью ему стало хуже. Сейчас кризис миновал, он спит.
— Это из-за меня… — бормочу я, до боли сжимая кулаки.
Я должна была настоять, чтобы он вернулся домой!
— Кирилл не маленький мальчик, — возражает Леонид Сергеевич. — Он сам несет ответственность за свои поступки.
— Истинная пара… Это правда?
— Смотря что, — говорит он невозмутимо. — Бывает ли такое? Да, бывает. А вот насчет вас с Кириллом я пока не уверен. Ты как? Хочешь, чтобы он был твоим истинным?
— Нет, — отвечаю я честно. — Хочу, чтобы наши чувства были искренними.
— Да? — усмехается он. — Есть сомнения, что они навязанные?
— Я же понимаю, почему мне нельзя любить Кирилла, Леонид Сергеевич. Я все понимаю! Даже если бы не ваше предложение, я, по сравнению с ним, никто. Возможно, когда-нибудь я добьюсь успеха, стану богатой… Но даже тогда не смогу быть с ним! Вы — чародеи…
— И все же ты выбрала Кирилла, — напоминает Леонид Сергеевич.
— Нет, — качаю я головой. — Не выбирала. Просто иначе… невозможно.
— Может, это хитрый ход? А, Мия? От меня ты получала лишь деньги на обучение, а отец Кирилла предлагает тебе целое состояние.
Мне не хочется отвечать. Отворачиваюсь к окну, чтобы скрыть набежавшие на глаза слезы. Не передать словами, как это обидно! А ведь я считала Леонида Сергеевича… близким. Мой добрый волшебник превратился в злого колдуна.
— Молчишь? — спрашивает он. — Неужели я прав?
— Я не возьму денег, — отвечаю я тихо. — И вчера знала, что не возьму. Позвольте отметить день рождения… с Кириллом… Не говорите сейчас его отцу, пожалуйста…
— Что, и бороться за него не будешь?
Отрицательно качаю головой.
— А Кирилл идет против отца, защищая вашу любовь.
— Кирилл не так зависим от других, как я. Его растили уверенным и сильным. Он знает себе цену. Леонид Сергеевич, я действительно должна это говорить? Вы же и сами прекрасно понимаете, кто он и кто я! Бороться за любовь? Первое, что сделал отец Кирилла — предложил мне деньги. Потому что бедную девочку легко купить! А если я буду сопротивляться, то и сломать меня легко. Достаточно уволить маму, выкинуть нас на улицу. Кирилл ничего не боится, он уверен, что справится с любыми трудностями. А я боюсь. Потому что знаю цену бедности.
После пылкой речи чувствую себя выжатой досуха. У меня ничего не осталось — ни слез, ни эмоций. Только страх. Жуткий животный страх перед будущим.
«Ничего не бойся, бельчонок. Я рядом».
Не по своей вине, но Кай оставил меня одну. И я не вывожу… не справляюсь…
Отдышавшись, замечаю, что машина стоит на обочине. Приехали?
— Я старался помочь, Мия, — говорит Леонид Сергеевич, уставившись на дорогу. — Но я не твой отец…
Что? Он… в своем уме?! У меня и в мыслях не было обвинять…
— На улице вы с мамой не останетесь, — продолжает он, повернувшись ко мне. — И я выполню все обязательства, что взял. Доучу тебя. А дальше… Навряд ли Кирилл захочет переезжать в наш город. Так что взять тебя на работу в свой институт я не смогу. Могла бы и сама… догадаться.
Он заводит мотор и выруливает на дорогу. А я ошеломленно молчу — до школы. Не поспешила ли я записать Леонида Сергеевича в злые чародеи? Он не мой отец, но отчего-то показалось, что он знает о моем отце что-то важное. То, что скрывает мама. А еще… Мы с Каем не разговаривали о будущем, однако… об этом стоит подумать.