Мнемоскан полностью

Дон знал, что такой день, как сегодня, заслуживает какого-нибудь комментария, но когда открыл рот, то смог произнести лишь два слова, которые, впрочем, тоже неплохо подводили итог:

— Шестьдесят лет.

Она кивнула.

— Немало.

Он немного помолчал, потом сказал:

— Спасибо.

Она повернула голову к нему.

— За что?

— За… — Он вскинул брови и слегка пожал плечами, ища ответ. И, наконец, сказал, очень тихо: — За всё.

Автоответчик, стоящий на столике у дивана, продолжал наращивать счётчик непринятых звонков.

— Хотел бы я знать, что ответили инопланетяне, — сказал Дон. — Надеюсь, это не какой-нибудь дурацкий автоответчик: «Простите, но меня не будет на планете в течение следующего миллиона лет». — Сара засмеялась, а Дон продолжал: — «Если вам нужна срочная помощь, обратитесь к моему ассистенту Загдорфу в…»

— Какой же ты у меня дурень, — сказала она, похлопывая его по руке.

Хоть они и пользовались чисто голосовым телефоном, автоответчик у них был вполне современный.

— Со времени последней проверки оставленных сообщений принято сорок восемь звонков, — сказал прибор мягким мужским голосом на следующее утро, когда они уселись за стол. — Из них тридцать девять оставили сообщение. Все тридцать девять для Сары. Тридцать одно от средств массовой информации. Вместо того, чтобы проигрывать их в порядке получения, предлагается ранжировать их по объёму аудитории данного СМИ, начиная с телевизионных сетей. «Си-эн-эн»…

— А те сообщения, что не от СМИ? — спросила Сара.

— Первое от вашего парикмахера. Второе от Института SETI. Третье от факультета астрономии и астрофизики Университета Торонто. Четвёртое…

— Воспроизведи то, что из университета.

Высокий женский голос:

— Доброе утро, профессор Галифакс. Это снова Ленора — ну, вы помните, Ленора Дарби. Простите, что в такую рань, но я подумала, что кто-то должен вам позвонить. Все сейчас работают над интерпретацией сообщения по мере его приёма — здесь, в Маунтин-Вью, в Аллене, везде — и, в общем, вы не поверите, профессор Галифакс, но мы думаем, что сообщение… — она понизила голос, словно собралась сказать что-то неприличное, — … зашифровано. Не просто закодировано для передачи, но по-настоящему зашифровано — ну, вы понимаете, так, чтобы его нельзя было прочитать, не имея ключа.

Сара посмотрела на Дона с выражением полнейшего изумления на лице. Леонора продолжала говорить:

— Я знаю, посылка зашифрованного сообщения не имеет ни малейшего смысла, но драконицацы, похоже, сделали именно это. Начало сообщения полностью состоит из математического материала, изложенного в символах, которыми они пользовались в прошлый раз, и компьютерные гуру говорят, что оно описывает алгоритм шифрования. А остальная часть сообщения — полнейшая белиберда, предположительно, из-за того, что она зашифрована. Понимаете? Они рассказывают нам, каких сообщение зашифровано и дают нам алгоритм расшифровки, но не дают нам ключа, который нужно скормить этому алгоритму, чтобы собственно расшифровать сообщение. Это какая-то бессмыслица, и…

— Остановить, — сказала Сара. — Какова длительность сообщения?

— Ещё две минуты шестнадцать секунд, — ответила машина и добавила: — Она весьма разговорчива.

Сара покачала головой и посмотрела на Дона.

— Зашифровано! — провозгласила она. — Полная ахинея. Ну зачем инопланетянам посылать нам сообщение, которое мы не сможем прочитать?

Сара с любовью вспоминала «Сайнфелд» [29], хотя, к сожалению, испытания временем он не выдержал. И всё же одно из наблюдений Джерри, похоже, оставалось верным и сейчас, полстолетия спустя. Когда дело касается телевизора, то мужчины ведут себя как охотники, переключаются с канала на канал в постоянном поиске чего-то лучшего, тогда как женщинам комфортно в рамках одной-единственной программы. Но сегодня Сара обнаружила, что сама постоянно переключает каналы: телевидение и сеть заполнила загадка зашифрованного послания драконианцев. Она смотрела новости о букмекерах, выплачивающих вознаграждение тем, кто правильно угадал день, когда будет получен ответ, о фундаменталистах, объявляющих новое послание сатанинским искушением, и о ненормальных, утверждающих, что они уже расшифровали таинственную передачу.

Конечно, она была страшно рада, что ответ, наконец, пришёл, однако, переключая каналы на гигантском мониторе над каминной полкой, она понимала, что в то же время разочарована тем, что за годы, прошедшие с момента получения первого сообщения, не было обнаружено никаких других инопланетных сигналов. Как Сара как-то сама сказала в одном интервью, очень похожем на те, что она видела сегодня, «это, безусловно, правда, что мы не одни — и всё же нам по-прежнему довольно одиноко».

Её беготня по каналам прерывалась каждый раз, как кто-то подходил к двери и звонил в звонок; изображение визитёра автоматически появлялось на мониторе. Бо́льшая их часть была, по всей видимости, репортёрами; до сих пор существуовали журналисты, которые не только рассылают е-мейлы, звонят по телефону и рыщут по интернету.