Мнемоскан полностью

— Кроме того, у вас есть работа на полный день, — сказал Дон. — Даже несколько — вы президент компании, управляете четырьмя благотворительными фондами, все эти публичные выступления…

Богач кивнул.

— Это правда. Но если не я, то кто?

Дон откашлялся.

— Я.

— Вы? Но разве вы не… как это?… ди-джей или вроде того?

— Я был звукоинженером-продюсером, — сказал Дон. — Но то была моя перваякарьера. Теперь пришла пора заняться следующей.

— Со всем уважением, — сказал Мак-Гэвин, — кандидатуры должна рассматривать компетентная комиссия.

—  Я — эта комиссия, — сказала Сара, — и я сделала свой выбор.

— Но, серьёзно, Сара, должна быть какая-то формальная процедура рассмотрения кандидатур, — сказал Мак-Гэвин.

— И такая уже была: драконианская анкета. С её помощью они выбрали меня, а я выбрала Дона. Но нам нужна ваша помощь.

Мак-Гэвин выглядел не слишком довольным.

— Я бизнесмен, — сказал он, разводя руками. — Что я с этого буду иметь?

Дон взглянул на Сару и заметил, как искривились её морщины. Из комментария Мак-Гэвина ясно сдледовало, что его анкета никак не могла быть близка к анкете Сары — и, соответсвенно, Дона.

Но ответ у неё был уже готов.

— Вы получите все биотехнологические преимущества, которые сможете из этого извлечь — не только из инопланетной ДНК, но и их конструкции искусственной матки и инкубатора, из формул инопланетной пищи и так далее.

Мак-Гэвин нахмурился.

— Я привык полностью контролировать операции, в которых участвую, — сказал он. — Вы не продадите мне этот ключ? Вы можете назвать любую цену…

Но Сара покачала головой.

— Мы уже установили, что единственную вещь, которую я хотела бы иметь, ваши деньги купить не в силах.

Мак-Гэвин немного помолчал, раздумывая, потом сказал:

— Вы говорите о высоких технологиях. То есть, конечно, синтез ДНК — это просто; есть коммерческие лаборатории, которые сошьют вам любую последовательность, какую закажете. Но строительство искусственной матки и прочего — это потребует времени.

— Это не проблема, — сказал Дон. — Мне тоже понадобится время на подготовку.

— Как? — спросил Мак-Гэвин. — Как можно подготовиться к чему-то вроде этого?

Дон пожал плечами. Он знал, что на данном этапе может лишь строить догадки.

— Думаю, я изучу модели, которые у нас уже есть: воспитание детёнышей шимпанзе в человеческой семье, одичавшие дети и прочее. Конечно, всё это не вполне сравнимые сценарии, но с чего-то надо начать. Потом…

— Да?

— Ну, в общем, много лет назад я составил такой список: двадцать дел, которые я хочу сделать, прежде чем умру. В нём была встреча с Далай-ламой. Не то чтобы я был уверен, но мне кажется, что я должен к такому делу приготовиться… — он запнулся — ему самому было странно слышать от себя такое непривычное слово — … духовно.

— Ну, это легко устроить, — сказал Мак-Гэвин.

— Вы… вы знакомы с Далай-ламой?

Мак-Гэвин улыбнулся.

— Слышали старый афоризм о том, что каждый знаком с каждым через не более чем шесть других людей. Так вот, с того момента, как вы познакомились со мной, длина цепочки от вас до практически каждой знаменитости сократилась до всего двух звеньев. Мы это организуем.

— Вау. Э-э… спасибо. Просто я, понимате, хочу как можно лучше научиться… гмм…

— Растить пришельцев? — помог ему Мак-Гэвин, качая головой, словно до сих пор свыкнуться с этой идеей.

— Представьте это как встречу доктора Спока и мистера Спока, — сказал Дон, пытаясь несколько понизить градус высокопарности.

Мак-Дэвин непонимающе смотрел на него; он, несомненно, слышал про вулканца [92], но зенит славы знаменитого педиатра [93]прошёл ещё до его рождения.

— Ну так что, — спросила Сара, — вы нам поможете?

Мак-Гэвин явно был недоволен.

— И всё же я бы предпочёл, чтобы вы позволили мне контролировать проект; не обижайтесь, но у меня гораздо больше опыта руководства большими предприятиями.

— Простите, — сказала Сара. — Но будет так, как я сказала. Так нужно. Вы с нами?

Мак-Гэвин снова задумался.

— Хорошо, — сказал он, посмотрев на Сару, а потом снова на Дона. — Я участвую.

Несколько дней спустя Дон заглянул в кабинет в поисках Сары, но её там не было.

Он прошёл дальше по коридору, заглянул в тёмную спальню и с трудом различил её, лежащую на кровати.

— Сара… — тихо позвал он. Это была непростая задача: позови он слишком тихо, и она не услышит его, даже если не спит; слишком громко, и он может разбудить её, даже если она уснула. Но иногда получается сделать всё именно так, как надо.

— Привет, дорогой, — сказала она. Её голос был очень слабый и тихий.

Он быстро подошёл к краю кровати и склонился над ней.

— Как ты себя чувствуешь?

Чтобы ответить, ей понадобилось несколько секунд, обозначенных громовыми ударами его пульса.

— Я не… не уверена.

Дон оглянулся через плечо.

— Гунтер! — позвал он. Послышались шаги МоЗо, отсчитывающие ступени с чёткостью метронома. Он снова повернулся к Саре.

— Что-то не так?

— У меня… голова… кружится, — сказала она. — И слабость…

Дон повернулся к нависшему над ним заботливому голубоватому лицу Гунтера.

— Что с ней?

— Температура 38,1, — сказал Гунтер, — пульс 84, немного неровный.

Дон взял её руки в свои.