Поскольку Слоан отказалась разговаривать с Райдер Хиллиер, подкастерша решила рассказать историю о Марго Грей и ее роли в саге о малышке Шарлотте. Благодаря кадрам, снятым Райдер в гостинице, выпуск о Марго Грей стал одним из самых популярных в истории «Нераскрытого».
Фотографии с камеры Аннабель, проявленные Слоан и Норой, оставались единственной загадкой в деле исчезновения Аннабель и Престона Марголис. Никто не мог объяснить, кем были сделаны эти снимки в ночь убийства. Эта тайна подпитывала трукрайм-сообщество и породила десятки теорий заговора, например, о том, что это Нора Марголис совершила безумную попытку задокументировать убийства для потомков. Слоан планировала опровергнуть эти слухи во время своего интервью с Эйвери Мейсон.
– Пять минут, – крикнул продюсер.
Слоан улыбнулась своим родителям, те ободряюще кивнули.
Она села в одно из кресел, мельком взглянув на портрет, который казался ей неуместным. Эйвери Мейсон села рядом с ней.
– Готова? – уточнила Эйвери.
Слоан глубоко вздохнула и кивнула.
– Готова.
Продюсер поднял руку и начал обратный отсчет.
– Три, два, один.
Мир подключился, и Слоан Хастингс рассказала свою историю.
Следующим летом Слоан стояла перед «клеткой» в офисе главного судмедэксперта Северной Каролины. Она посмотрела на толпу, собравшуюся в зале, которая значительно превышала обычное количество слушателей презентаций других студентов. Она не была удивлена. За последний год ее история распространилась как вирус, и возвращение малышки Шарлотты Марголис оставалось таким же громким новостным событием, как и ее исчезновение тридцать лет назад. Однако на этот раз Слоан была готов дать ответы, которые ускользнули от средств массовой информации, правоохранительных органов и фанатов трукрайм, муссировавших эту историю в течение трех десятилетий.
Она сделала успокаивающий вдох и посмотрела на толпу, ожидающую ее презентации. Доктор Катти сидела в первом ряду. Она сыграла важную роль в подготовке презентации Слоан. Ее родители сидели сзади, а рядом с ними находился Эрик Стамос, приехавший из Сидар-Крик. Последней Слоан увидела Нору, вошедшую в дверь «клетки». Несмотря на три операции Нора все еще пользовалась костылем, но сесть она смогла без проблем. Она помахала Слоан рукой и улыбнулась.
В зале воцарилась тишина, свет погас. Слоан нажала кнопку на пульте дистанционного управления, и на интерактивной доске высветилось название ее презентации.
– Меня зовут доктор Слоан Хастингс, и мой доклад посвящен тому, как с помощью судебной генеалогии мне удалось раскрыть дело тридцатилетней давности об исчезновении моих биологических родителей, Престона и Аннабель Марголис.
После презентации Слоан поговорила с несколькими присутствовавшими врачами, которые были увлечены ее исследованием и историей, рассказанной ею. Она представила своих родителей доктору Катти, которая пообещала не обделять ее вниманием в течение последнего года ее обучения. Не без участия Тодда Хастингса Слоан решила сосредоточиться на судебной стоматологии. Когда толпа поредела, она нашла Эрика в задней части «клетки».
– Тебе вовсе необязательно было проделывать весь этот путь сюда, – сказала Слоан.
– Ты шутишь? Я бы ни за что не пропустил твой доклад. Кстати, ты была великолепна. Все в комнате, или «клетке», – как бы ни называлось это место, – ловили каждое твое слово.
– Спасибо. И правда, Эрик, твой приезд очень много для меня значит. Ты надолго в городе?
– Возвращаюсь завтра. Послушай, Слоан… Спасибо за все, что ты для меня сделала.
– Не только я.
Шериф склонил голову набок.
– Ничего этого не было бы без тебя. Я бы продолжал безуспешно искать ответ на вопрос, что случилось с моим отцом. Благодаря тебе я знаю правду.
– Жаль, что мы не смогли в этом разобраться, пока еще был жив твой дед.
Эрик улыбнулся.
– Да, жаль. – Последовало долгое молчание. – У меня ранний рейс, – прервал тишину Эрик. – Но ты не против поужинать со мной сегодня вечером? Чтобы отпраздновать.
Слоан кивнула.
– С удовольствием. Заедешь за мной в семь?
– Да, идеально.
– Ты все еще помнишь, как ко мне добираться?
– Как такое можно забыть?
– Оставлю перцовку в ящике стола.
– Премного благодарен, – сказал Эрик с улыбкой. – Увидимся вечером.
После ухода Эрика в «клетке» остались только ее родители. Слоан огляделась, но Норы уже не было.
Слоан ехала домой с чувством невероятного облегчения. Всего две недели отделяли ее от начала второго года обучения. Она была готова посвятить себя практике, понимая, что всего год отделяет ее от осуществления мечты о работе судебно-медицинским экспертом. С делом малышки Шарлотты в ее резюме Слоан без проблем нашла бы место в оперативной группе по расследованию убийств.
