— Настоящий замок? С башенками? – надеюсь, мои глаза загорелись неподдельным восторгом и удивлением.
Женщина вытерла слезу.
— А, Вильяма ты совсем-совсем не помнишь? – уже всхлипывала она.
Я в ответ, просто покачала головой.
Иииииии… — затянула женщина.
Несколько минут, она самозабвенно плакала и причитала, утирая лицо накрахмаленным фартуком.
Я почувствовала себя последней дрянью. Но, в моей ситуации, выбирать не приходилось. Вздохнув, я осторожно погладила плачущую женщину по плечу, и тихо сказала:
— Не плачьте! Я же жива — здорова. А память, я надеюсь, скоро вернётся. Если уж на то пошло, то это я должна сейчас рыдать, а не вы, — добавила я ворчливо.
— И то верно! – вытирая слёзы и высмаркиваясь в передник, сказала повариха. И ещё раз, глубоко вздохнув, улыбнулась мне.
— Вы мне всё-всё, расскажите, пожалуйста, и тогда, возможно я всё быстро вспомню! – улыбнулась я ей.
В этот момент, громко хлопнув дверью, в комнату влетела экономка.
На лице женщины, прямо-таки было написано решительное желание устроить скандал и разнос всем, кого она встретит.
Видимо, перед тем как прийти ко мне, Гарния уже успела с кем-то поскандалить. Её строгий пучок волос мышиного цвета, был взлохмачен, на лбу блестели капельки пота. Её стройная, несколько сухощавая фигура была утянута в строгое чёрное, платье-футляр с юбкой до щиколоток.
— Ну, что тут у нас? — грозно посмотрев на меня и на Милу, произнесла экономка.
— Так, а ты немедленно иди на кухню! Обед сам себя не приготовит. – Снова переведя взгляд на Милу, произнесла женщина.
Мила, стрельнула в меня затравленным взглядом, и, мгновенно подорвавшись с места, быстро вышла из комнаты.
Гарния медленно прошлась взад-вперёд, затем, резко обернулась и выжидающим требовательным взглядом посмотрела на меня.
Я спокойно смотрела на неё и думала, что же будет дальше?
Экономка хмыкнула и удивлённо вздёрнула бровь.
Ну, что ж, — произнесла она. – Вижу, что ты ничего не вспомнила. Хорошо, начнём всё сначала.
— И так, запомни. Тебя зовут Ядвига, ты в этом доме живёшь из милости, в чулане на третьем этаже. Работаешь на кухне и выполняешь разные мелкие поручения. Мои, поручения! Вот, собственно и всё, что тебе нужно знать. — Ты меня хорошо поняла? — Сощурив зло глаза, спросила женщина.
Не знаю почему, но вдруг сложилось впечатление, что она за что-то, меня явно недолюбливает. Ну, понятно, что не меня, а Ядвигу. Что-то личное здесь замешано.
Я задумалась. Да так, что на мгновение вообще забыла, что в комнате нахожусь не одна.
И тут, не знаю, что на меня нашло. Но почему-то, моего недавнего спокойствия, как не бывало. Во мне поднялось что-то бунтарское. Я решила, что не дам себя в обиду! Что больше не позволю себя запихнуть в ту кладовку без окон.
Я не спеша расправила юбку у себя на коленях и, глядя ей прямо в глаза, произнесла:
— Не знаю, за кого вы меня принимаете. Но, я никогда не жила в чулане на третьем этаже. Я почти ничего не помню, но почему-то отчётливо помню свою собственную спальню. Я помню, что она находилась на втором этаже. Да, это комната крайняя у лестницы. У меня, очень большая светлая комната, с красивой резной деревянной мебелью. А кровать моя, завешена легчайшей прозрачной занавесью. – Говорила я, закрыв глаза и вспоминая то, что видела в комнате дочери хозяина замка.
— И вообще, я не понимаю, что здесь происходит! – открыв глаза, продолжила я, возмущённо повышая голос. — Я видела себя вон в том маленьком зеркале. Это не я! Это что, колдовство такое!? Что вообще происходит…!? Почему я выгляжу по-другому!? — Я говорила это, а сама в душе ужасалась тому, что я несу. И как вообще, из всего этого буду выпутываться!? Я сама не понимала, что на меня нашло, но остановиться уже не могла.
— У меня совсем другая внешность! И да, у меня глаза зелёные, но не такие темные, а ближе к цвету травы. И волосы мои ярко рыжие, длинные и волнистые! А не это безобразие, что сейчас на моей голове! Я не понимаю, это что, заговор такой? – И, вообще! Я хочу видеть папу! — Скрестив руки перед грудью, произнесла я и с надменным видом вздёрнув нос, требовательно уставилась на экономку.
Некоторое время стояла тишина. На женщине, в буквальном смысле, лица не было. Выпучив глаза, экономка стояла и ловила ртом воздух.
Я ожидала чего угодно! Любой реакции. От взрыва ярости, до обвинений в притворстве и мошенничестве… Не знаю, что я такого сказала, но я и предположить не могла, что вообще способно что-либо поколебать железобетонную уверенность в собственной правоте этой женщины.
Она шумно сглотнула комок в горле и осипшим голосом, мягко произнесла, — Сиди здесь и никуда не уходи!
А затем, быстро вышла, хлопнув дверью.
Я, пожав плечами, снова уселась за свой завтрак, решив, что теперь уже ничего не изменить и будь что будет, там посмотрим. Интересно, а что у них тут делают с буйнопомешанными потерявшими память? В психушку отправят (если есть у них тут такие), выгонят взашей или… На третий вариант, моей фантазии не хватило.