Не смотря на мягкие туфельки, без каблуков, к стойлу я уже подходила, чуть ли не на цыпочках, боясь испугать будущую мамашу. Видимо, почувствовав слева движение, конюх бросил на меня взгляд, благодарно кивнул и попросил:
— Подержи пока, — на лбу мужчины, блеснули капли пота.
Пока я бегала за тряпками, процесс шел полным ходом. Из-под хвоста, лежащей на правом боку лошади, показался белого цвета, полупрозрачный пузырь. Я нервно сглотнула, глядя во все глаза на пугающее и в то же время, завораживающее зрелище появление новой жизни. Белоснежный хвост лошади упал на этот пузырь, закрывая его.
— Быстро оторви длинную полоску ткани! – не поворачиваясь, бросил Афанасий, и, приподняв правой рукой хвост, левую протянул ко мне.
Действуя на автомате, я оторвала вдоль длинной стороны простыни, полоску, шириной примерно десять сантиметров и вложила в руку конюха.
Мужчина ловко обмотал хвост кобылы, начиная от его основания, превратив его в некое подобие мумии, а затем, согнув, в виде петли и закрепил у его начала, завязав на узел.
А тем временем, пузырь стремительно увеличивался, вытягиваясь и сквозь его стенки, были видны передние ножки жеребенка. Вдруг, пузырь прорвался, и на солому вылилась околоплодная жидкость.
Кобыла взбрыкнула в воздухе ногами, и снова, выгибая свою стройную, черную шею, покосилась на свой живот.
Я затаила дыхание и машинально прижала ветошь к лицу. Очень хотелось отвернуться, но уже не могла, меня целиком захватило зрелище таинства рождения!
Кобыла тихонько заржала, и мгновенно, с хлюпаньем, из нее выскользнуло длинное, овальное нечто. Белесые плодные оболочки полностью разорвались, и на свет, суча тонкими черными ножками, показался маленький худенький жеребенок.
— Дай! – коротко бросил конюх и выхватил у меня из рук ветошь. Высвободив жеребенка из остатков оболочек, ловко завернул его в ткань, обтирая и освобождая нос от слизи.
Взбрыкнув, новорожденный малыш тихонечко заржал, и мама заржала в ответ, словно приветствуя новую жизнь.
На душе мгновенно, стало так легко и светло, как уже давно не было.
Осторожно выпростав жеребенка из ткани, конюх поставил его на тонкие длинные ножки.
Я тихо засмеялась. Уж очень потешно выглядел худенький малыш на полусогнутых и раскоряченных в сторону, ножках. Словно потерявший четыре ноги паучок.
— Красивый! – сказала я, с удовольствием разглядывая копию мамочки.
— Красивая. Это девочка! – с улыбкой взглянул на меня Афанасий.
— В маму пошла! Красавица! – кивнула я. Малышка и правда была хороша! Абсолютно черная, без единого черного пятнышка, белыми были лишь грива и хвост, что на контрасте смотрелось очень ярко и необычно.
— Аврора!
— Что? – вскинулась я, отрываясь от разглядывания жеребенка.
Мужичок хохотнул. – Говорю, назову ее Авророй, в твою честь!
— Да, ну, что вы, зачем!? – засмущалась я, чувствуя, как по щекам разливается предательский румянец. Но на душе, стало приятно. Представив, как будет гарцевать эта красавица с именем, Аврора!
— А ты, девонька держалась молодцом! Неужто, правда, из высокородных будешь? — хитро кося на меня глазом спросил, конюх.
В ответ ему, я лишь загадочно улыбнулась и, помахав рукой, направилась на выход.
— Аврора! — окликнул меня старик. — Что в скуке одной прозябать, может, хочешь покататься на лошади?
Я резко остановилась, не зная как ответить на такое щедрое предложение. И всё же мне пришла одна мысль, и я сказала:
— Я бы с радостью, но, к сожалению, не умею ездить верхом.
— Как же так, красавица? — старик широко открыл глаза от удивления. Я ведь думал, что все высокородные с малолетства учатся ездить верхом.
— Да, так оно и есть, — грустно вздохнула я. — Но будучи маленькой, я упала с лошади и с тех пор боюсь на них садиться. Поэтому и не научилась, — пожала я плечами и смущённо улыбнулась. Хотя уже и не так их боюсь! — сказала я, будто бы с гордостью. Вот уже могу подойти погладить и дать хлеб или яблоко с руки.
— Но научиться ездить и ты все же, хочешь? — не унимался старик.
— Конечно, хочу! Но мне как-то совестно в таком возрасте учиться ездить, засмеют! – ответила я, смущаясь. И, как мне показалось, даже очень натурально покраснела.
— Да это ерунда! — махнул рукой конюх и заговорщицки подмигнул мне. — Когда императора нет, обслуги здесь совсем мало. Поэтому никто тебя и не увидит! Приходи завтра пораньше с утра, желательно на рассвете. Выберем тебе коника поспокойнее, а остальных отправим пастись.
На том и распрощались. Я мысленно потирала руки от того, что моя задумка практически удалась. Причём, мне даже самой не пришлось просить, чтобы меня научили кататься на лошади, а конюх сам предложил.
Помня, сколько обычно длятся роды у женщин, я уже распрощалась было со своими ранними планами обследовать всю территорию двора. Но, как оказалось, у лошадей все по-другому. Ласточка «управилась» менее чем за один час! Так что я всё же решила продолжить свою разведку, благо время позволяло.
Выйдя в чуть притворенную противоположную дверь конюшни, я оказалась с другой ее стороны и вновь с наслаждением вдохнула свежий сосновый воздух.