Никогда не подбирайте чужой мобильник. Невзрачный кусок пластика может оказаться совсем не тем, чем кажется. Вы получите невероятные способности, большие деньги и власть. Но за все в жизни приходится платить. Многие знания — многие печали. Ваш мир — он уже давно не ваш.
© Николай Нестеров, 2017
© Художественное оформление, «Издательство Альфа-книга», 2017
— Долго нам еще стоять? — Вопрос риторический, и ответа Петровичу не требуется.
— Пойду посмотрю, народ поспрашиваю. Может, кто знает, что там впереди случилось.
Получив согласие, выбираюсь из кабины и пытаюсь разведать обстановку. Но тщетно — дорога закрыта наглухо, причем в обе стороны: даже встречных нет. По всей видимости, авария серьезная — кроме двух полицейских машин, пожарной и «скорой» только пара черных угловатых «мерседесов» проскочила мимо нас. Ну, этим закон не писан и две «сплошные» нисколько не помеха.
Жара, солнце в зените, ни ветерка, ни облачка на небе. Народ лениво поругивает власть, судьбу и нерадивых автомобильных лихачей, из-за которых здесь застряли. Информации ноль, пробка растянулась на добрый километр, поэтому достоверно ничего не известно — даже слухи не доходят на таком расстоянии.
Лезть в душное нутро автомобиля нет никакой охоты, потому спускаюсь с обочины к посадке — погулять по травке, подышать воздухом, размять конечности немножко.
— М-да, первозданная природа, ешкин кот, — оцениваю груды мусора, выгоревшую до золотистого цвета сухую траву и неполный миллион битых бутылок, обильно усеявших обочины трассы. — Любит у нас народ чистоту и порядок, что тут еще сказать.
Чего здесь только нет — любая городская свалка позавидует. Специально, что ли, свозят со всей области? И горелые покрышки, и обрывки кабеля, и ржавый бампер от доисторического «москвича», и… Даже мобильники под ногами валяются?!
Изящно ковырнув носком ботинка загадочный предмет, убеждаюсь, что находка — это самый что ни на есть настоящий мобильный телефон. Несколько старомодный дизайн в виде кирпича обыкновенного уменьшенного, но выглядит вполне прилично — без царапин и сколов. Не ленюсь, подбираю и рассматриваю находку. После чего задумчиво чешу репу обыкновенную в области затылка. Цвет предмета черный, матовый. Трудно разобрать, где экран, а где задняя крышка. Ни заметных кнопок, ни объектива камеры не наблюдается. Это что же за древность, раритет археологический?
Хочу выбросить, но какое-то неуловимое и неосознанное несоответствие царапает по сознанию, привлекает внимание. Еще раз осматриваю и оцениваю находку, на этот раз более внимательно. Телефоны без видеокамеры если и выпускали, то несколько десятилетий тому назад, еще до моего рождения, наверное. Но этот динозавр от электротехники выглядит так, словно его только что вынули из подарочной упаковки, а не нашли на обочине в груде мусора. И даже не это самое странное: ладно кнопок нет — сенсоры рулят, ладно отсутствие объектива можно как-то объяснить — дизайнеры изгаляются.
— А куда в него штекер от зарядного устройства втыкать? — Вот вопрос так вопрос!
На корпусе нет ни одного разъема — ни для наушников, ни для зарядки! Опять же динамик и микрофон — где они?
— Виталик, где ты там? Садись быстрее, походу тронулись, — выводит меня из задумчивости голос Петровича.
Виталик — это я, между прочим.
Быстро прыгаю в машину, и действительно, пробка потихоньку сдвигается с места, по встречной уже мчатся такие, как мы, собратья по несчастью, но с противоположным вектором, так сказать.
— Шеф звонил, — делится со мной новостью напарник.
— Ругался почем зря? — К гадалке не ходи, Геник и без повода найдет, за что фитиль вставить, а уж если причина серьезная, то с гарантией прилетит.
— Не без того. — Петрович немногословен, к тому же опытный фрукт, давно на фирме работает и начальство никогда не критикует, даже если душа требует выразить свое отношение крепко и забористо. И в этом его отличие от меня, наивного и простодушного любителя правды и справедливости в местах, где их отродясь не встречалось.
Только собрался высказать все, что думаю о Геннадии, или в просторечии Гиене Леонидовиче, как в боковом стекле возникает место аварии и сбивает меня с поэтического вдохновения.
— Не выжил, пожалуй, никто, — подтверждает мои мысли Петрович.
Молча соглашаюсь — на серебристом «крузаке» живого места не осталось от дырок. Такое ощущение, что из танкового пулемета в упор изрешетили. Гильзы на дороге словно желуди после землетрясения в дубовой роще. Два темных «Гелендвагена» тут же, как и прибывшие на них суровые хмурые граждане в темных костюмах, несмотря на жару.
— Серьезные люди. Одних патронов на половину моей зарплаты хватило бы, — несколько цинично, но арифметически точно подводит итог наблюдениям напарник.
Через час добрались наконец до офиса, где по причине короткого субботнего рабочего дня никого не застали. Гиен Леонидович уже отбыл, так и не дождавшись законной жертвы в моем лице.
— Ну и слава богу!
Экзекуция откладывалась до понедельника.
