Кейн снова пошел вперед, словно не видел ножа в руке противника. Карпов двумя рассекающими ударами изнутри наружу и обратно удержал Кейна на расстоянии и продолжил наработанную до автоматизма связку: сделал выпад таким же рассекающим ударом. Казалось, этот тройной удар завершен, но Карпов нанес колющий удар вперед из крайне неудобного для такого приема положения: его вооруженная рука находилась под мышкой другой, поднятой и согнутой руки, и что называется — не с ноги: он отработал как рапирист, делая выпад правой рукой и правой ногой. Он целился в шею Кейна, но довольствовался бы попаданием в лицо, верхнюю часть груди; а следующим ударом он прикончил бы его. Рука Карпова выпрямилась, как складной нож, и как развитие атаки — туше. Кейн не мог прочитать или предугадать действия противника, он отрабатывал свою связку, и лучшей тактики он выбрать не мог, иначе проиграл бы на раз-два-три. Он резко опустился и в круговом движении ногой под колено отправил Карпова на пол. И первым оказался на ногах, не рискнув атаковать вооруженного ножом противника в нижнем партере; он был хорош в верхней стойке. Он был мощнее Карпова, но он привык к честным поединкам.
Карпов поднялся на ноги, эффектно бросив их вперед. Мгновение, и он, разогнув колени, поднял вооруженную руку над головой. Кейн принял боевую стойку, а Карпов метнул в него нож. Кейн не успел среагировать, и острое, как осока, лезвие пропороло ему щеку и вышло под ухом. Он схватился за рукоятку и выдернул нож из раны. Тотчас увидел близко лицо
Он забрал из безвольных пальцев Кейна нож и, вытерев его, положил обратно в чехол. Затем снял с трупа часы, печатку, тяжелую золотую цепь. Открыв его шкаф, освободил карманы летней куртки от бумажника, набитого фотографиями, кредитками, наличными. Сложив все это в модную сумочку на длинном ремешке, Карпов, не оборачиваясь, вышел из гримерной. И подумал о закономерности как о судьбе, как о «пункте назначения»: Рональд Кейн должен был умереть в гримерной, соседствующей с тюремной прачечной, — и все-таки нашел свою смерть в раздевалке, к специфическому запаху которой примешался пряный запах крови. Такой острый, что даже призрачная кошка фыркнула носом.
Ночь. Дом с тактическим определением «свой-чужой». Саша встретил Карпова вопросом: «Он что-нибудь сказал?» Он даже не поинтересовался — как прошла встреча Карпова и Кейна,
Карпов покачал головой:
— Нет. Мы с ним не говорили.
Он решил поэкспериментировать:
— Рассказать, как умер Кейн?
Саша сузил глаза и подался вперед:
— Расскажи.
— Да пошел ты!..
Он по-настоящему становится опасен, покачал головой Карпов. Он начал думать. Он стал анализировать, и у него есть пример для подражания. Разумеется, это последний контракт с Сашей… на глазах превращавшегося в Александра.
Карпов развел огонь в жаровне, бросил в него одну пластиковую карту, другую; одну фотографию, другую… задержав взгляд на третьей. На ней Рональд Кейн был изображен так, как многим запомнился его образ: он в черном, и только белый символ выделяется на нем. Его ноги вместе, руки вниз и в стороны. Он в паре мгновений от первого шага в своей знаменитой постановке на тему песни короля поп-музыки… Огонь съел его образ, не дав ему двинуться с места; жаровня приняла его прах…
…«Сегодня утром в своей гримерной в ледовом дворце был найден мертвым популярный постановщик танцев Рональд Кейн, известный как Джиттербаг. По предварительной информации, следствие выдвинуло несколько версий, но отрабатывает одну: убийство с целью ограбления. Напомним, что Рональд Кейн являлся популяризатором танцевальных постановок Майкла Джексона…»
Алла побледнела, прочитав эту статью. Дело заходило слишком далеко, дальше, чем она могла себе представить…
