— Мне страшно, — повторила Рейчел, устремив на него взгляд, полный ужаса. — Казалось бы, о чем беспокоиться, если Каролина с Ричардом. Ведь он ее любит. Но мне страшно все время.
Гейл Брэндон смотрел на дорогу. Видимость была плохая. Надвигается туман, подумал он. Плохо дело.
— Мне очень понравился Трихерн, — сказал он, — но я его мало знаю. Мисс Силвер сказала мне две вещи. Одну из них я тебе открою. Она велела мне не спускать с тебя глаз. Так что имей это в виду.
— А что еще?
— Пока не скажу. Давай вернемся к Каролине. Если она уехала около половины второго, то уже приближается к Лондону. Думаю, за два часа она доедет.
— Если ей не придется где-нибудь остановиться и ждать человека, написавшего записку. Если это Ричард… то он уехал примерно в два часа.
— И куда бы он мог повезти ее, ты не знаешь?
— Нет… Космоу считает… У нее есть ключи от его квартиры. И мы решили…
— Но вы решили так, потому как думали, что она поехала одна. А повезет ли ее туда Трихерн? Это еще вопрос.
Рейчел засомневалась:
— Может, и повезет., , если они хотели поговорить… и если он настаивал, чтобы она уехала. Бедная Каролина… она что-то знает и боится. Боится, что заставят рассказать ее тайну. Только бы найти ее! Ей нечего бояться, совсем нечего. У нее такая нежная душа, ее очень легко обидеть. Это я виновата. Я же видела, что она расстроена, но решила, что виной тому ссора с Ричардом, и не хотела вмешиваться.
— Ты сказала, он ее любит?
— Да, но она отказала ему. Вот этого я не могу понять. Я была уверена, что любовь у них взаимная.
Гейл Брэндон вспомнил второе предостережение мисс Силвер, о котором не сказал Рейчел. «Мисс Каролине грозит серьезная опасность», — вот о чем сообщила ему мисс Силвер, и это навело его на мысль, что она не в своем уме. Он был уже готов посмеяться над ее словами, но история, которую ему поведала Рейчел, заставила Гейла внимательно отнестись к ситуации. Кажется, дела плохи. И прежде всего для Ричарда Трихерна.
Гейл резко прибавил скорость. Живые изгороди по обеим сторонам дороги превратились в две сплошные линии, окутанные туманом.
Они въехали на окраину Ледлингтона, и скорость пришлось сбросить. Мимо тянулись ряды новых домишек с названиями типа «Хижина счастья» и «Mon Abri» [4]. Потом пошли более старые улицы с уже поблекшими домами. И наконец, узкая центральная улица с крупными магазинами и кинотеатрами, уместившимися между постройками елизаветинской, георгианской и викторианской эпох.
Они пересекли город и выехали на дорогу, ведущую в Лондон. После ярких витрин окрестности, погруженные в сумерки и туман, казались совсем темными. Мимо плыли поля, подстриженные живые изгороди, строй голых вязов по обе стороны дороги, указатель с надписью «Постоялый двор Слепхем».
Некоторое время они ехали в полном молчании. И вдруг Рейчел вскрикнула:
— Остановись, Гейл!
Он нажал на тормоза:
— Что такое?
— Не знаю, — ответила Рейчел. — Я вдруг поняла, что мы едем не туда. Ты веришь в предчувствия?
Машина замедлила ход и остановилась.
— Думаю, на предчувствия нельзя полагаться. У меня они бывали, я действовал, руководствуясь ими, и у меня все получалось. А иной раз они меня подводили. Никогда не знаешь, к чему они тебя приведут, это уж точно. А какое у тебя предчувствие?
Взгляд Рейчел выражал беспомощность. Импульс, побудивший ее сказать «Остановись!», исчез бесследно. И она была в полной растерянности.
— Трудно сказать, — неуверенно ответила она. — Мне вдруг показалось, что мы на ложном пути. Не могу объяснить… это как во сне… бредешь в темноте, не понимая, где ты, куда идешь, на что-то натыкаешься, и вдруг приходит озарение — ты понимаешь, что идешь не туда… Приблизительно такое чувство у меня было.
— Но мы пока ни на что не наткнулись, — усмехнулся Гейл.
— Ощущение было очень острое.
— И оно до сих пор есть?
— Сейчас я уже ничего не чувствую, — в отчаянии сказала Рейчел. — Я в полной растерянности.
Гейл обнял ее:
— Что будем делать, дорогая?
Угасшее было предчувствие на мгновение появилось снова.
— Мне кажется, надо вернуться.
— Домой?
— Нет, нет, ни в коем случае.
Гейл развернул машину и спросил:
— Тогда куда едем?
— Назад, к указателю на постоялом дворе, а потом влево от Ледлингтона.
— И куда мы попадем?
— К «Угловому колодцу».
Мисс Силвер ушла и закрыла за собой дверь. Желая спрятаться от света, Каролина вновь уткнулась лицом в подушки. Но спрятаться от слов мисс Силвер не могла. Она все еще слышала их: «Что вы знаете? Было бы лучше для всех, если бы вы сказали… Для всех будет лучше, если вы решитесь рассказать, что знаете, как можно скорее». Вновь и вновь… В измученном мозгу Каролины все продолжалось и продолжалось бессмысленное блуждание одних и тех же слов.
