Коронер: У вас было какое-нибудь конкретное дело, которое вам хотелось бы обсудить с покойным?
Бертрам Эвертон: Ну, разве что насчет содержания для моего братца. Он, понимаете ли, выплачивал ему содержание, и мы тут подумали, что будет не то слово как замечательно, если удастся уговорить старика немного его увеличить, и я обещал посмотреть, что можно сделать, — если подвернется случай и вообще, ну, вы меня понимаете.
Коронер: Итак, вы поужинали со своим дядей. Удалось ли вам обсудить вопрос о содержании, которое он выплачивал вашему брату?
Бертрам Эвертон: Ну, я бы не решился назвать это обсуждением. Я просто сказал: «Как насчет содержания Фрэнка, дядя Джеймс?», а он ответил… Мне что, нужно повторять все, что он ответил?
Коронер: Если это имеет отношение к причине, по которой он изменил завещание.
Бертрам Эвертон: Ну, думаю, можно сказать, имеет, потому что он, понимаете, так здорово мне все расписал про старину Фрэнка. В том числе, что ему лучше поторопиться и подыскать себе какую-никакую работу, потому что, если с ним — это с дядей — что-нибудь случится, старина Фрэнк окажется без единого пенни, поскольку у него — дяди, понятно — руки так и чешутся изменить завещание, вычеркнув из него всех этих проклятых лизоблюдствующих подхалимов, уверенных, что они могут неплохо им попользоваться, но очень здорово ошибающихся, о чем они и узнают, не пройдет и двадцати четырех часов. Ну, я даже, знаете, немного опешил и сказал: «Помилуйте, дядя! Про старину Фрэнка и злейший враг не скажет, что он подхалим». А он посмотрел на меня как-то совсем уж нехорошо и сказал: «Я не о Фрэнке говорю».
Коронер: В сущности, он сообщил вам о своем намерении изменить завещание?
Бертрам Эвертон: Ну, прозвучало, во всяком случае, очень на то похоже, согласитесь.
Коронер: Он сообщил вам, что намерен изменить завещание в вашу пользу?
(Свидетель замялся).
Коронер: Прошу вас ответить на этот вопрос.
Бертрам Эвертон: Ну, знаете, как-то даже неловко отвечать на такие вопросы.
Коронер: Боюсь, мне придется попросить вас все же на него ответить. Он говорил вам, что новое завещание составлено в вашу пользу?
Бертрам Эвертон: Ну, знаете, почти.
Коронер: И что же он вам сказал?
Бертрам Эвертон: Ну, если вам действительно необходимо знать, он сказал, что раз уж ему приходится выбирать между льстивым лицемером и шутом гороховым, он, знаете, лучше уж выберет дурака.
(Смех в зале.)
Коронер: И вы отнесли это замечание на свой счет?
Бертрам Эвертон: Ну, во всяком случае, мне так, понимаете, показалось.
