Окраинный район города, дождь, поздний вечер. Мрачная обстановка дополняется наличием тела посреди улицы. Многочисленные камеры способны проследить путь человека до последнего момента. Его виртуальный образ продолжает функционировать. При таких вводных проблем возникнуть не должно. Событие уложится в одну из десятка принятых концепций.В этот момент наступают сложности, с которыми предстоит разобраться общественным служащим. Событие привлекло их в это темное, холодное место, вынудив во плоти глядеть на холодное тело.Вглубь территории – цветущий, яркий город, не затронутый этим событием.Дальше, за стеной только пустоши, едва освоенные, непригодные для жизни, враждебные человеку. Еще выше на собравшихся взирает только пустота, сквозь которую прибыли их предки в этот отдаленный мир.
Глава 1
Сезон характерен обильными дождями. Как прогнозировалось, так случилось. От осознания данного факта легче не становилось. Осознание того, что весь мокрый, не меняет ситуации. Многие подготовились к агрессии стихии, надев влагозащитную одежду, меньше проводя времени на свежем воздухе. Это все ограничения. Большинство же предпочло стоически переносить невзгоды.
Оказавшись снова на улице Ролдан Баснаж раздулся от гордости, осознавая насколько он стоически переносит невзгоды. Как следует гражданину.
В отличие от остальных граждан, это не его сознательный выбор. Всегда и во все времена будут существовать те, кто ограничен в возможностях.
Кто-то ведь должен.
А раз надо, то…
Ролдан вышел из машины, которая поспешила закрыть дверцу, защищая нежное нутро от порывов стихии. Без толку. В салон попало достаточно капель. Потом, сев на мягкое, теплое сидение, следующий пассажир все равно испытает неприятное прикосновение холода из вне.
Костюм принялся подогревать изнутри тело, отводя излишки влаги, образовавшейся в процессе жизнедеятельности. Впустую, так как дождевая вода уже попала за воротник, протекла вдоль позвоночного столба до копчика. Неприятные ощущения, напоминающие о детских, беспомощных годах, обеспечены.
Ролдан поморщился, поправил кепи. Козырек немного защищал лицо от дождевых капель. Тяжелые, усиленные ботинки ухнули точно в воду. Дорожное покрытие здесь ровное, хотя место находится на окраине, в районах на перспективу. Лужи под ногами не было; вода текла стремительным потоком. Уклон полотна предполагал, что стоки будут уходить с равномерной скоростью, при которой с поверхности слизывается излишек грязи и вероятный мусор.
Нынешние осадки оказались не по зубам расчетчикам.
Ноги в ботинках остались сухими и не переохлаждались. Если бы не плеск воды, Ролдан не заметил бы неудобств. Он поморщился, огляделся. Найти место назначения не составило труда. Поднимающийся от поверхности пар перемешивался с дождевыми каплями, ухудшал видимость.
Место назначения подсвечивалось десятками софитов, стоящих в облаках пара, словно святые с древних изображений. Тени под ними цеплялись к людям, хотя наводили на мысль о молящихся. Сравнение забавное, учитывая, насколько оно не уместно здесь.
Оказавшись в круге света, Ролдан ответил на приветствия, содержащие больше вежливости, чем дружелюбия. Трех человек он знал, даже общался с ними в нерабочее время. Что не помешало им встретить отстраненной холодностью явившегося под огни. Еще двое ему были неизвестны
– Ты без чемоданчика, – отметил один, высокий, тощий человек.
Слишком длинные кости, бледная кожа – не следствие болезни, а только указание на происхождение. Зная, как страдает этот человек на поверхности земли, Ролдан не ответил на его грубость. Дождь смывал острый химический запах, позволяя на время не замечать его.
– Сначала осмотрюсь, Берек.
Почему этот длинный, как тень с сюрреалистической картины человек вдруг появился на поверхности, Ролдан не задавался вопросом. Ответ лежал у их ног. Дождь барабанил по объекту, сохраняя целостность составляющих его элементов, при этом разрушая свидетельства произошедшего.
Светильники взирали на семерых. Немой взгляд на всех собравшихся. Шестерых гостей и одного хозяина вечеринки. Вместо стимуляторов и депрессантов радушный хозяин приготовил по пять ведер воды каждому.
– Чего тут смотреть, – сказал низкорослый, заросший человек.
Ролдан знал его, хотя не мог припомнить имени. Игнорируя сеть, порой трудно выуживать из памяти неактуальную информацию. А если сейчас завести глаза, этот человек точно поймет, что Ролдан обращается к справке.
К счастью, говоривший был больше озабочен дождем и лежащим у его ног предметом, чтобы обращать внимание на окружение. Человек поправил шляпу, с которой ручьями стекла вода. Жидкость утратила прозрачность, впитав красители, частицы пластика, из которых состояла эта шляпа. Все эти загрязнения попадут в канализацию, что скажется на работе фильтров.
Ролдан поморщился, но ничего не сказал. Его собственное кепи состояло из надежных материалов. Многие люди слишком озабочены собственным видом, чтобы заботиться о мире вокруг себя.
Оглядеться все же стоило, мысленно не согласился с собеседником Ролдан.
За софитами вздымались серые стены, украшенные филигранной резьбой. Настоящая резьба, а не имитация. Некоторые стенные панели намеренно изготовляли с имитацией резьбы. Машинный интеллект создавал замысловатые узоры, что складывались в приятные глазу картины.
И все же… человек умел отличить машинное изделие от ручного. Тут нет никакого тайного знания, скрытой истины. Просто человеческое творение несовершенно.
Как утверждали, программисты намерено вносили в программы возможность создания несовершенств.
Ролдан понял, что отвлекся. Пусть размышляя, он продолжал изучать окрестности, все же следовало сконцентрироваться на текущей задаче. Не каждый день подобное происходит. Через его руки редко проходят подобные объекты. Случается, да, но статистика утверждала…
