Сморщенный, как залежавшийся помидор, Джонатан поехал к дому Джоан. Девушка сидела рядом, рассматривая повязку на руке. Они ехали молча, каждый в своих думах. Только когда оба вышли из машины, заговорили.
– Спасибо за познавательную экскурсию в штольню, – Джоан улыбнулась и помахала забинтованной рукой.
– Я побуду с тобой, – ответил ей Джонатан. – Хочу убедиться, что у тебя и правда всё хорошо.
– Возражения не принимаются?
Джонатан помотал головой.
Вечер они провели в компании пиццы и комедии. Много смеялись и разговаривали. К девяти часам вечера Джоан сморил сон. Джонатан убедился, что с подругой всё в порядке и, когда она улеглась в постель, уже собирался ехать домой.
Но тут в дверь позвонили. Джонатан взглянул на настенные часы. Кто мог прийти в такой поздний час? Джонатан посмотрел в глазок. На пороге стоял высокий худощавый мужчина – Клод Тёрнер.
– А ему—то здесь, что надо? – проговорил себе под нос Джонатан и открыл дверь.
– Добрый вечер. Надеюсь, для вас он тоже добрый, – начал издалека Клод. – Я пришёл справиться о здоровье Джоан. И заодно передать ей обезболивающие, которые она забыла на моём столе, – он протянул пластинку с белыми таблетками.
Джонатан взял таблетки, кивнул в знак благодарности.
– У неё всё хорошо. Легла спать.
– А вы уже собираетесь уходить? – поинтересовался Клод и вновь улыбнулся, выставив напоказ кристально-белые зубы.
Джонатан вновь представил колокольчики, висящие на тонкой ниточке. Они, под дуновением лёгкого ветерка, соприкасались друг с другом и до ушей Джонатана доносилась перезвончатая трель. И прежде, чем этот звук завладел сознанием, Джонатан встряхнул головой, да так, что чёлка на глаза упала.
– Нет, я никуда не ухожу. А вам, мистер, – он покопался в памяти, отыскивая в файлах информацию о докторе, – Тёрнер, посоветовал бы идти домой. Район у нас здесь неспокойный.
Клод сомкнул губы и, кажется, ещё больше побелел. А Джонатан продолжил:
– Спасибо за таблетки. И до свидания, доктор Клод Тёрнер, – он захлопнул дверь и повернул защёлку.
Эту ночь Джонатан решил провести в доме подруги. Она не будет против, а ему ничего не стоило лечь на диване в гостиной. Но сначала он избавится от таблеток.
Глава 3. Похищение
На следующий день Джоан была приятно удивлена, когда прошла в гостиную и увидела Джонатана, на диване.
О визите доктора Т"eрнера он ей не сказал. Но всё-таки спросил:
– Тот доктор, Клод Т"eрнер, не говорил, что зайд"eт к тебе?
Джоан вздрогнула, когда услышала это имя, но решила не подавать вида, что расслышала вопрос. Прошла на кухню, достала из холодильника вед"eрко жареных крылышек. Поставила его на стол.
– Будешь? – она взяла верхнее крыло, протянула другу.
Тот помотал головой.
– Я по утрам кашу ем или мюсли с соком. А ты собралась есть мясо, да ещё холодным? – спросил он, когда увидел, что Джоан впилась нечищенными зубами в ж"eсткую и уже не сочную плоть.
Подруга смотрела на него, жевала мясо и молчала, как будто тем самым отвечала ему. Шумно проглотила и посмотрела на раненую ладонь. Её взгляд стал впечатл"eнным, словно она увидела не свою руку, а чек на полтора миллиарда. Джоан сжимала и разжимала пальцы. С каждой новой попыткой она улыбалась всё шире.
– Что такое? – забеспокоился Джонатан. – Рука болит?
Он подался вперёд, но Джоан протянула к нему ладонь.
– В том-то и дело, она не болит. Даже не пульсирует. Потрогай. Понажимай. Согни пальцы.
Джонатан подозрительно смотрел на подругу, но коснулся её руки. Его пальцы обдало неестественным жаром.
– Да ты вся горишь! – воскликнула он и прижал свою ладонь ко лбу Джоан.
Она отстранилась.
– Со мной всё хорошо, Джонатан. Нет у меня температуры. Рука заживает и я этому рада. А ты, как вижу, не очень. Сам виноват в произошедшем! – она повысила голос. – Может, мне взыскать с тебя компенсацию за моральный ущерб?
Джоан надвигалась на парня, как акула на зазевавшегося пловца. Джонатану показалось, что даже воздух вокруг них зарядился электричеством.
– Я пойду, – сглотнув подкатывающий к горлу ком, пролепетал Джонатан. – Позвони, как прид"eшь в себя.
С этими словами он выскочил из дома, не дожидаясь ответа. Уже в машине вспомнил о таблетках, которые смыл ночью в унитаз. Может, они снимали приступ агрессии или вовсе не доводили до него. А доктор Т"eрнер – просто доктор, который заботится о своих пациентах. А он, Джонатан, дурак, потому что почувствовал жгучий укол ревности к человеку, который, возможно, даже ничего и не чувствует к нему.
Джоан тем временем опустошила вед"eрко жареных крылышек. Она обглодала каждую косточку. И всё равно чувствовала голод. О Джонатане она и вовсе забыла. Вновь полезла в холодильник, но ничего съестного там не нашла. А вот в морозилке было мясо.
Джоан достала сковороду, налила масло и бросила замороженный стейк. Накрыла крышкой, поставила на плиту и стала ждать. Чтобы скоротать время, она развязала бинт и охнула. Дырка, в которую тот странный доктор выдавливал заживляющую мазь, исчезла. Не осталось и нам"eка на рану.
