— Вот это яйцо, магазинное, понятно, даже петухом не оплодотворено, но в нем есть кровь! И то же самое, между прочим, с человеческим эмбрионом. Сначала появляется кровь… кровь в начале всего! — рассказывал коту Борис.
Коту было все равно. Он потерся о ноги хозяина, напоминая, что и ему было бы неплохо перекусить. Борис сгреб в кошачью миску половину яичницы и сдобрил ее порцией элитного сухого корма для котов. Сегодня Борис пребывал в состоянии благости, щедрости, кайфа и — предвкушения.
— Ну что, котяра, посмотрим телик? — Борис подмигнул рыжему хвостатому другу и направился в спальню с готовым завтраком на подносе.
В просторной комнате интерьер был по-мужски аскетичен — нечто среднее между лофтом и скандинавским стилем: одна стена отделана искусственным кирпичом, имитирующим старинную кладку, возле нее — лаконичный диван из белой кожи, на котором небрежно лежат мятые шелковые простыни.
У противоположной стены висит огромный плоский телевизор, рядом — крошечный системный блок современного компьютера. Очевидно, экран используется и по прямому назначению, и как монитор. Сейчас на экране светилась заставка известной операционной системы.
На диван запрыгнул и по-хозяйски устроился на подушке кот. Следом за животным небрежно плюхнулся мужчина — парик он уже снял, его собственная коротко стриженная рыжая шевелюра светилась в утреннем солнце яркими огненными переливами.
Борис любил, чтобы вокруг него было красиво. Даже не так: его мозг буквально требовал эстетики, гармонии, правильного сочетания цветов. Как человек с идеальным слухом не выносит музыкальной фальши, Борис крайне тяжело воспринимал фальшь эстетическую. Если пространство вокруг было дисгармонично, из милого и обаятельного человека он превращался в монстра — злого, едкого, неспособного думать ни о чем, кроме желания разрушить вокруг все, что не соответствовало его представлениям о прекрасном.
Он слышал — это какое-то компульсивное расстройство, но не считал нужным как-то лечить себя и забыть о своем стремлении к эстетизму. Украшать мир — это его работа и даже миссия. В конце концов, он ведь — архитектор!
У него не было диплома престижного вуза, он не ездил обучаться за границу. Борис настолько ценил гармонию пространства, что постигал ее почти интуитивно. А то, чего постичь не мог, вычитывал в книгах или изучал на интернет-курсах.
Видеть и создавать прекрасное было его даром с рождения. Поэтому даже без специального высшего образования он очень скоро оказался востребован в российской столице. А затем стал и соучредителем фирмы, специализирующейся на отделке фасадов.
Конечно, с таким чутким отношением к окружающему пространству ему было сложно жить в эклектичной Москве: слишком много здесь откровенной безвкусицы, китча, нелепого новостроя. Но если ты хорошо зарабатываешь, тщательно продумываешь быт, маршруты и способы передвижения, то можно иногда оставаться почти в полном согласии со своими чувствами.
Борис вывел компьютер из спящего режима и вошел на один из популярных новостных сайтов. Потрепал кота по загривку. Но прочитать на экране ничего не успел — противно запиликал звонок скайпа. Отставив миску с салатом, Борис ответил на звонок. На экране показался седой, статный мужчина. Завидев его, Борис заметно занервничал.
— Сын, ну ты как всегда! — усмехнулся собеседник, увидев, что Борис не одет.
— Да ладно! Чем я тебя удивлю? — Борис ничуть не смутился. Его интонации выдавали легкое раздражение, которое было связано с тем, что отец побеспокоил его во время важного дела.
— Ты меня другим удивляешь. Не могу поверить, что до сих пор тебя не прибрала к рукам какая-нибудь московская красотка!
В ответ Борис скривился и фыркнул.
— Надеюсь, ты не из «этих»?
Борис закатил глаза.
— Ладно, черт с тобой! Сам разберешься. Я что звоню-то…
— Действительно, что же ты звонишь, папа?
— Я звоню сказать, что уезжаю из города. Я встретил тут… ну… это… В интернете, короче, познакомился с женщиной одной, Беллой. Вот… Поеду к ней, наверное.
В ответ Борис устало вздохнул.
— Понял… Тебе все равно, — сказал отец.
— Пап!
— Ладно, не важно. У тебя своя жизнь, у меня своя. Не мальчики… Рассказываю тебя на всякий случай, чтоб ты меня не терял, так сказать. Это Энская область. Даже не региональный центр. Не знаю, как надолго там завязну.
— А ей точно нравишься ты, а не твой бизнес?
— Тихо-тихо… Я ей много не рассказывал. Даже про тебя не знает. Вот познакомлюсь, и станет ясно, что ей во мне нравится, а что нет.
— Как скажешь.
— Вот я и говорю. Завтра выезжаю к ней. Все. Счастливо!
Едва отец положил трубку, Борис снова включил новости.
Высокая блондинка с ярко-красными губами тараторила в камеру, стоя спиной к трамвайной остановке: