- Ничего! От ненависти до любви, говорят, один шаг! Ты моя, и я тебя никому так просто
не отдам!
Сжимаю правую ладонь в кулак и со всей злости, что скопилась во мне, впечатываю в
стену рядом с ней. Она вздрагивает от испуга и закрывает глаза. Разворачиваюсь и ухожу, чтобы не испортить все окончательно. Гнев застилает глаза пеленой злости. На себя. За то, что сорвался. Хватит. Нет сил мучить её. Нужно успокоиться. Иначе ничего хорошего не
выйдет. У нас есть время, чтобы со всем разобраться. Я в этом уверен. Верну её. Не
сейчас. Постепенно. Любой ценой. Цена не имеет значения. Быстрым шагом направляюсь
к выходу и сталкиваюсь с Романом, который явно пошёл на поиски своей задержавшейся
спутницы. С высоты своего роста смотрю на чересчур уверенного Дементьева, хмыкаю и
прохожу, задевая плечом.
ГЛАВА 22
- Ненавижу! - буквально выплевываю сочащиеся злостью слова. - Как же я тебя
ненавижу! - срывается моих губ, а сердце кричит: - Люблю. Безумно. Сильно. Но ты все
разрушил сам. Пугаюсь от громкого удара его руки возле головы и вздрагиваю, закрывая
глаза. Накрываю руками живот, он будто окаменел, тянущая ноющая боль внизу
заставляется сердце учащённо биться, а голову соображать. Нервничаю и переживаю, что
это такое. Только бы с малышом все было в порядке. Только бы все было хорошо!
Господи! Я не переживу, если.... Нет, даже думать об этом не хочу. Не успеваю
опомниться, как мои руки накрывают тёплые ладони. Открываю глаза и вижу Дементьева.
Он что-то начинает говорить, очень быстро. Перебиваю его, говорю, что низ живота очень
режет, такого раньше не было. Покидаем ресторан и едем в больницу. Рома по дороге
звонит кому-то, договаривается о срочном приёме и везёт меня в частную клинику. Мне
делают УЗИ, проводят осмотр и заключают, что это повышенный тонус матки, который
чаще всего возникает при перевозбуждении или перенапряжении мышечных волокон,
вызванном чрезмерной физической нагрузкой, сбоем гормонального фона. Но в моем
случае - это явно из-за того, что перенервничала. Назначают лекарство для снятия
мышечного спазма, успокоительные и препараты, содержащие магний. Советуют не
затягивать и обратиться к своему доктору за консультацией, чтобы он выявил точные
причины гипертонуса. Заезжаем по дороге в аптеку, Роман идёт и покупает все по
рецепту. Поднимаемся ко мне, открываю дверь и пропускаю его вперед. Снимаю пиджак
Дементьева со своих плеч, протягиваю, а он отдаёт маленький пакет с лекарствами мне в
руки.
- Спасибо за все, Ром.
- Всегда пожалуйста, моя Рафаэлка! - его озорные глаза искрятся добротой. - До завтра, -
рука притягивает меня за талию, а губы целуют в щеку.
- Кхм, кхм, какая занимательная картина, - саркастически звучит в тишине мужской голос, поворачиваюсь и прихожу в ужас. Марк стоит все в той же голубой рубашке со
скрещёнными руками под грудью и темно-синих брюках, взглядом хищника сканирует
нас и ... злится, сжимая кулаки до побелевших костяшек. Значит он после ресторана
приехал ко мне и все это время был тут?
- Что... что ты здесь делаешь?
- Доченька, милая, вам нужно поговорить, поэтому я разрешила Марку дождаться тебя, -
выделяя слово "нужно", мама намекает на мое признание. Знала бы, о чем она просит и
как сейчас не права.
- Марк, просто уходи! На сегодня хватит наших разговоров! Или тебе показалось
недостаточно и ты решил продолжить, вломившись ко мне домой? Убирайся! - требую и
указываю рукой на дверь, но он продолжает стоять на своём месте, не сводя с меня
голубых глаз.
- Я не уйду, пока мы не поговорим! - как всегда четко и лаконично. По другому не может.
Типичный Марк!
- Хорошо, - опускаю руку, - что ты там хочешь мне сказать? Я жду! - самоуверенно
улыбается, цокая языком.
- Много чего, но наедине! - поворачивается к маме, - вы позволите?
- Да-да, конечно. Ромочка, пойдём я тебя чаем напою? - мама без ума от моего друга.
- Спасибо, Любовь Михайловна, но откажусь. Завтра утром с меня торт, а с вас
фирменный чай с мятой и мелиссой. До свидания, - целует ей руку, на что она смущается.
- Я позвоню, - обращается ко мне и уходит, оставляя растерянную с хищником наедине.
Мама ушла в спальню, закрыв за собой дверь. Мне ничего не оставалось, как пройти
молча в гостиную и положить на столик пакетик с лекарствами. Время уже за полночь, устала и хочу спать.
- Можешь продолжать дальше срывать на мне скопившуюся злость, только давай быстрее,
- затянувшаяся тишина и его оценивающее пристальное наблюдение заставляют меня
нервничать. Присаживаюсь на диван, удобно устраиваясь. На мгновение прикрываю глаза, вспоминания успокаивающее сердцебиение моего малыша на УЗИ, улыбаюсь и уже хочу
по привычке накрыть живот руками, но вовремя спохватываюсь.
- Маленькая моя, - во мне нарастает волна гнева от ласкового обращения.
- Перестань! Я тебя просила! - он наклоняется и садится у моих ног, обхватывает руками
за талию, притягивает и упирается лбом в мой живот. Дыхание замирает, внутри что-то
обрывается, сердце начинает звучно тарабанить, разгоняя бешеный пульс.
- Прости... Я виноват... Сам не знаю, как это произошло... Черт! Даже извиниться не могу
