Прозвище он придумал мне несколько дней назад, когда я украсила очередное место остановки. Утром мы просто упражнялись с ним в магии и ударах. Он отлучился на несколько минут, а я, от скуки ожидания, подарила веткам ледышки и иней. Затем наколдовала снег для Элека. Мне показалась, что сделала всего лишь пару штришков, но, кажется, перестаралась. Когда Фуэго вернулся, то затаил дыхание. Он аккуратно оглядывал полянку, которая еще несколько минут назад была летней.
Льдинка. Это было даже очень мило. Сначала я краснела каждый раз, когда он так называл меня. Сейчас я почти привыкла, но это все равно немного смущает меня.
Я высыпала ягоды на тарелку и сама пошла умываться. Вскоре послышались крики Элека. Сразу после встали его родители. Синдира осталась внутри повозки, чтобы накормить его, а Дебер вышел к нам.
– Ого, откуда у вас эта прелесть? – он увидел ягоды, и его глаза заблестели.
– Скажи спасибо Копе, – Фуэго усмехнулся и указал на меня.
Я повернулась к нему, когда он уже подходил одетый в блузу. Мы так и не рассказали наши настоящие имена и цель путешествия. Иногда мне было слишком совестно, и я почти решалась сказать правду Синдире. Она же была моей подругой! Фуэго все же приводил убедительные доводы, чтобы я молчала и поддерживала легенду о том, что в Сорвисе живет его брат, которого
– Это удивительно! Я сто лет не ел Б
Через пару мгновений Синдира уже стояла с нами и поедала ягоду, отдавая несколько сыну. Значит, Байя – это ее название. Хорошо.
– Я думаю, угощение достойно праздника, – Фуэго положил мне руку на плечо.
Все посмотрели в его сторону, не понимая о чем речь, я же повернулась к нему, надеясь мысленно ему передать, чтобы он не смел этого говорить. Он посмотрел прямо в глаза. Он понял! Когда я облегченно выдохнула, Фуэго неожиданно проговорил:
– У нашей ледышки сегодня день рождения, – даже слишком сладко он сказал это.
Я нахмурилась на него, но не успела начать словесную атаку, как Синдира воскликнула:
– Как ты могла скрыть это от меня! Почему не сказала?
Я виновато посмотрела на нее. Почему не рассказала? Ответ был мне хорошо известен. Потому что родители не отмечали последние восемь (уже девять) лет дни рождения. Не мой, не мамин, не папин. Потому что нам было не до праздников. Крики и ссоры не могли прекратиться даже на день, а портить веселье было хуже, чем устраивать его.
– Извини, просто нам было не до этого.
Она махнула рукой. Поверить невозможно. Ей было тридцать четыре, но порой она вела себя как ребенок. Наверное, ее жизнь и в правду была чем-то сказочным и добрым.
– Синдира может устроить праздник всегда и везде, – Дебер тепло улыбнулся жене, – если бы была ведьма праздника, то она была бы самой сильной из них. Так что готовься, Копа.
– Перестань ее пугать. Тебе… – Синдира задумалась, – сегодня тебе девятнадцать! Это великолепный возраст. Дебер, сегодня никакой дороги. Сходи с Чиспом за водой и грибами, мы должны отметить этот день.
– Сегодня мы задержимся, но, – улыбка немного спала с лица мужчины, – но завтра будет наш последний день в дороге вместе.
Неужели! За эти дни я так привязалась к этой семье. Грусть и тоска так глубоко проникли в меня, что глаза заблестели. Я повернулась к Фуэго, на лице было не только разочарование, но и страх. Вдруг мы больше никогда не встретимся.
– Дебер! – Синдира рыкнула на него, – ты мог и промолчать, нежели портить праздник.
Портить праздник. Вот о чем говорила мама. Да, кажется, она была права. Это было больно.
Фуэго молчал все это время. Его веселило происходящее, но когда он узнал о скором расставании, то тоже изменился в лице.
Возникла неловкая пауза.
– Тогда давайте отметим сегодня не только мой день рождения, но и наш последний день, – надежда в голосе была слишком очевидной.
Грусть подождет до вечера или даже до завтра. Сейчас было бы неплохо улыбнуться, пусть и натянуто.
Весь день мы были заняты. Фуэго и Дебер выполняли все, что скажет Синдира. Они несколько раз ходили за водой, искали ягоды и грибы. Фуэго даже удалось принести к ужину оленя. Синдира же решила приготовить не только еду, но и новую одежду. Она перешивала старые блузы, штаны.
Мне девушка запретила делать хоть что-нибудь. Тогда я решила снова украсить пространство вокруг нас. Я не стала просто покрывать все льдом, а сделала фонарики, которые повесила на ветки. Я поддерживала холод в них, чтобы они не растаяли. Когда пришел Фуэго после очередного задания, попросила зажечь в них огонек.
– Ты должна была знать, что от огня лед тает.
– Просто сделай это!
В момент фонарики засветились бледным оранжевым огоньком.
– Больше, – я попросила Фуэго.
