Политик Навальный использует любой повод для атаки на своих противников. И это политическая атака, а не юридическая. Но тогда и власть имеет право на политические атаки на своих оппонентов. Это нормальная борьба. Если вы хотите атаковать собачек – пожалуйста! Но при чем здесь борьба с коррупцией? Вы говорите, что чиновник совершил преступление – внимание! – перед президентом, потому что нарушил его указ о декларировании. Но ведь это не так! Мне нет дела до того, как это будут интерпретировать, кто меньшее зло, а кто нет.
Если наезжают, исходя из ложных, ошибочных утверждений, на Шувалова, Олега Навального, Савченко и так далее, – я буду об этом говорить. Мне все равно! Я не буду делить эти истории на истории своих и чужих, это не работа журналиста. У меня есть симпатии и антипатии в жизни, но работа журналиста – устанавливать факты. Навальный и ФБК – не журналисты, и у меня нет к ним претензий! Это у них ко мне есть.
Мне глубоко антипатична Надежда Савченко, но когда мы с «друзьями» из Кремля тем апрелем пили чай и они спросили: «Почему ты не веришь, что ее дело верно расследуют? Ведь все доказано уже!» – я сказал: «Там, в вашем деле, дыры!» Если бы уголовное дело меня убедило, что она совершила приписываемые ей преступления, я бы слова не сказал. Но я исследовал дело и понял, что она невиновна.
У меня одинаковая позиция ко всем. Да, это непривычно. Потому что у нас общество, к сожалению, поделилось на своих и чужих. Своих и чужих политиков, журналистов, хорошо, что на своих и чужих врачей еще не поделилось, а то одного положат оперировать, а другой пусть подыхает. После Крыма общество, на мой взгляд, просто отравлено радикализмом. Люди перестали друг друга слушать, перестали разговаривать. Нам на радиостанцию женщина прислала письмо о том, что мать ее прокляла за позицию по Крыму! Внимание, на дворе – XXI век! Так вот, я не хочу играть в эту игру, когда ради хорошей цели можно чуть-чуть прикрыть глаза на какие-то вещи. Или делать обвинения на основании тех документов, которых ты не видел. Как ты вообще можешь говорить, если ты не видел? Поэтому я опубликовал факт, ну и пошли дальше, так нет, обиделись, как дети.
Я считаю, что расследование поведения взрослых детей известных людей оправданно, если эти дети имеют отношение к действиям своих родителей, то есть когда речь идет о коррупции или подозрении в коррупции. Вот, например, никакого сомнения нет, что расследование деятельности детей прокурора Чайки – оно было просто необходимо, потому что они получали и получают контракты и бюджетные деньги благодаря своему отцу, скорей всего. И, конечно, здесь мы видим семейственность. И здесь расследование, вторгающееся в личную, в семейную жизнь, вполне допустимо и даже необходимо.
Нет, конечно, есть пресса специальная, есть программа «Пусть говорят», есть канал Life News, который расследует личную жизнь: как они бьют своих жен, как они разводятся – но это просто расследования… другого типа, что ли. Мы другими расследованиями занимаемся.
И когда мне заявляют, что я кем-то куплен, меня это совершенно не волнует. Есть факт или нет – вот что меня волнует. Я не буду оправдываться ни перед кем. Когда мне говорят «твой Навальный» или «твой Шувалов» – да мне все равно, я делаю свою работу. А аудитория «Эха» сама в состоянии сделать выводы. Вот Лимонов нас критикует, а когда ему шили дело, мы вставали за него, говорили, что оно, мягко говоря, высосано из пальца. Может, это кому-то не нравится, но я не встаю на сторону слабого. Я встаю на сторону правды, это звучит пафосно, но именно в этом моя обязанность как журналиста. И если слабый оказывается не прав, то, значит, он не прав!
Я очень позитивно отношусь к расследовательской деятельности Навального. Даже если она не является химически чистым элементом, он поднимает те вопросы, которые больше не поднимает никто. Поэтому все расследования Навального, даже с дырами, где очевидно, что кое-что притянуто за уши, мы публикуем на нашем сайте.
Политика конъюнктурна по определению, а настоящая журналистика такой быть не должна. Вот сегодня в стране, говорят, возобладала левая повестка дня. Против богатых, против частной собственности, мы даже не выясняем, насколько честно была получена эта собственность. А сразу выступаем – против богатых! Нельзя возить элитных собачек на самолете! Секундочку, а можно тогда возить кошечек на «Жигулях»?
Вот тот же Путин всегда очень тонко чувствовал настроения. Он безошибочно играет на том, что волнует массы. Помните историю в Пикалево? Ему все говорили, что не нужно туда ехать. «Не надо ехать на пожар», «Вы ничем не можете помочь», «Там не зальешь деньгами», «Если вы это сделаете, каждая деревня будет выжимать деньги». А он поехал – и выиграл. Если он чувствует, что в обществе вырос запрос на борьбу с коррупцией, то он будет использовать это до 2018 года на сто и двести процентов.
