– Но ты все равно приехал, – сказала я, щурясь от яркого утреннего солнца.
Когда Джексон наклонился и положил лоб в ладони, я порадовалась тому, что мы были одни.
Я сделала шаг назад, на секунду испугавшись, что он заплачет.
– Я плохо справлялся с этим, Лисси. Я не мог ни спать, ни есть. У меня был кризис на работе.
То, как он произнес мое прозвище, заставило меня съежиться. Это была не его вина. Я никогда не говорила ему, но я ненавидела это прозвище.
Видя его таким уязвимым, хотя он обычно управлял своими эмоциями, я почувствовала себя неуютно, и моя вина перед ним возросла в десять раз.
Джексон не был плохим парнем. Но расставание с ним делало все, что он делал, еще более явственным, и чем больше я пыталась изменить свои чувства, тем меньше я могла выносить его.
– Джексон, я на работе. Ты не можешь делать это здесь.
Он посмотрел на меня.
– Прости. Я только хотел пригласить тебя на ланч.
Я вздохнула и села рядом с ним.
– Мне плохо от того, что тебе больно. Я бы хотела чувствовать все иначе, но я… просто не могу. Я дала этому год, как и обещала.
– Но, может, если я….
– Дело не в тебе. И всегда было не в тебе. Просто у нас не получается.
– У меня с тобой получается.
Я положила руку ему на спину.
– Мне жаль. Мне действительно искренне жаль. Но то, что у нас было, прошло.
– Ты совсем по мне не скучала? – спросил он.
Его тело было настолько больше моего, что закрывало меня от солнца.
Я вспомнила, как увидела его на тренировке.
Другие тренировавшиеся женщины думали, что он милый и привлекательный. Таким он и был. После всех их попыток заарканить Джексона Шульца, мне удалось получить его вообще без единого усилия. Его привлекали уверенность в себе и сияние, как он сказал. И у меня было и то, и другое.
И вот он был здесь, умоляя меня желать его, в то время как он мог выйти отсюда и заставить множество женщин упасть в обморок, женщин, которые будут любить его и ценить его плохие привычки вместе с чертами, которые полюбила я.
Помедлив, я решила, что хотя правда не была приятной, она была необходимой. Я просто покачала головой.
– Вот дерьмо, – засмеялся он невесело, – Ты переехала сюда к кому–то? Это не мое дело, я понимаю, но мне все еще нужно знать.
– Вовсе нет.
Он удовлетворенно кивнул, – Ну, мой самолет не улетит до среды. Я думаю, что есть места и похуже, где можно застрять.
– Ты не можешь поменять рейс? – прежде чем спросить, я уже знала, что он не станет этого делать.
С Джексоном не только было тяжело расставаться, он был еще и абсолютно беспомощным в таких вещах, как замена билета на самолет, бронь или заказ номера в гостинице. Я была уверена, что его мама заботилась о его сборах в дорогу, даже чтобы он приехал сюда.
– Здесь есть бар Топ Ган. Он тебе понравится, – сказала я.
– Да, – усмехнулся он. – Звучит действительно круто.
– Я провожу тебя. Мне действительно…. мне жаль, Джексон.
– Да. Мне тоже.
Я проводила его через лужайку, обратно к главному зданию. Он не произнес ни единого слова, когда мы шли через лобби к выходу.
– Я только…. я должен сказать это, прежде чем уйду. Я люблю тебя.
Я поцеловала его в щеку.
– Спасибо. Я этого не заслужила, но спасибо.
Он ухмыльнулся.
– Я знаю, что у тебя может быть что–то с тем засранцем наверху, но если все закончится, ты всегда можешь приехать домой.
Я усмехнулась.
– Он – не проблема.
– Прощай, Лиис, – Джексон поцеловал меня в лоб и развернулся, толкая дверь.
Я сделала глубокий вдох и неожиданно почувствовала себя опустошенной.
Тащась обратно в лифте, я прислонилась к задней стенке, пока звонок не дал мне знать, что я была на своем этаже, и я вышла в коридор, ставя одну ногу перед другой.
– Лиис? – позвал Маркс, когда я прошла мимо его офиса, – Зайди сюда.
Я остановилась и повернулась, удивившись тому, насколько недружелюбным было его приглашение. Я упала в его кресло.
– Что?
Он поднял бровь, на мгновение перестав постоянно тыкать кнопки на клавиатуре.
– Я говорил тебе. У тебя проблемы.
– Почему ты так говоришь? – Спросила я.
– Все могут сказать, что он другой. Он практически счастлив, когда ты рядом.
– Я не пойму, почему это создает мне проблему.
– Твой бывший останется с тобой на несколько дней?
– Конечно, нет.
– Почему нет?
Я села прямо.
– Что у тебя за привычка задавать вопросы, которые тебя не касаются?
– Дай я догадаюсь. Ты переехала сюда, чтобы убежать от него? Ты сказала Томми, что ты эмоционально недоступна, а сейчас он бегает за тобой, потому что ты ему отказала. Только это тебе не игра. Ты на самом деле не недоступна, – Я закатила глаза и откинулась в кресле, – Давай не будем притворяться, что у него нет своих собственных целей.
– Точно. Итак, почему бы вам обоим не упростить все в этом отделе и не закончить это нахрен?
– У тебя есть свои проблемы. Концентрируйся на них, а не на моих, – Я встала.
