– Он мне нравится, – сказала я после небольших раздумий, – Очень, – Врать Вэл смысла не было.
– И каково это? На самом деле симпатизировать Томасу Мэддоксу? Я его так долго ненавидела, что мне это чуждо. Для меня он не совсем человек.
– Может, это мне и нравится.
– Врешь.
– Я имела в виду, что у него на самом деле есть человеческие черты, и мне нравится, что я единственная, кому он позволяет их разглядеть. Это что–то вроде нашего секрета – что–то, что он хранит только для меня.
Она взболтала вино в бокале и затем снова поднесла его к губам, выпив последнюю каплю.
– Ох, будь осторожна. Ты будто угрожаешь, что собираешься победить, солнышко.
– Ты права. Возьму свои слова обратно.
– Что ж, на этой депрессивной ноте вино закончилось, так что мое время тоже.
– Такое чувство, что ты меня используешь.
– Но тебе это нравится, – Она подмигнула, – Увидимся утром.
– Тебя проводить?
– Я живу в соседнем блоке, – сказала она, а ее пьяный неодобрительный взгляд совсем не пугал.
– И каково это? – спросила я, – Жить в одном здании с Сойером?
– Когда–то мне нравилось, – Она подняла пустую бутылку и отнесла на кухню к барной стойке, – Долго это не продлилось. Сейчас я его просто игнорирую.
– Почему его все так презирают?
– Ты поймешь, – сказала она.
Я нахмурилась.
– Что за секрет? Почему ты просто не можешь мне все рассказать?
– Поверь мне, что недостаточно услышать, какой он мудак. Тебе нужно пройти через это самой.
Я пожала плечами.
– А Маркс? Он ведь тоже там живет?
– Он живет в центре.
– Не знаю, что и думать о нем, – сказала я, вставая, – Думаю, он меня ненавидит.
– У Маркса с Мэддоксом братская любовь. Гадость. – Она двигалась удивительно прямо, при том что осушила полторы бутылки.
Я засмеялась.
– Пойду спать.
– Ладно. Спокойной ночи, гусь через Л, – Она удалилась, и я услышала звонок лифта.
Будучи уже в своей «одежде для распития вина дома», я плюхнулась лицом вниз на матрас поверх своего желто–серого пледа.
Я начала прислушиваться, когда стук нарушил тишину. Сначала я подумала, что это просто кто–то ходит в коридоре, но затем шум стал еще громче.
– Вэл, – позвала я, раздражаясь, потому что мне снова пришлось бы встать. Я прошла через кухню и гостиную, чтобы открыть дверь, – Ты просто должна была остаться… – слова оборвались, когда я узнала Джексона, который стоял в дверях, он был пьян, и смотрел на меня в отчаянии.
– Лиис.
– Иисусе, Джексон. Что ты здесь делаешь?
– Я был в баре Топ Ган, как ты мне и сказала. Напился. Там было несколько горячих, горячих… – он прищурился, – женщин из этого города, – Он опустил голову. – Это заставило меня скучать по тебе ещё сильнее, – Он заскулил и прошёл мимо меня в гостиную.
Всё моё тело напряглось. Он не был частью моей новой жизни и то, что Джексон находится в моей новой свободной квартире, заставляло меня нервничать.
– Ты не можешь здесь находиться, – начала я.
– Я не хочу заниматься чем–либо без тебя, – невнятно сказал он, – Я хочу вкусить Сан–Диего вместе с тобой. Может быть, если…если бы я тоже перевелся сюда...
– Джексон, ты пьян. Ты не слушаешь меня даже когда трезв. Давай вызовем тебе такси.
Я подошла к телефону, но Джексон выхватил его и бросил через всю комнату. Он заскользил на полу и ударился о плинтус.
– Что, чёрт возьми, с тобой происходит? – крикнула я, прежде чем быстро прикрыть рот.
Я поспешила поднять свой телефон с пола. Он лежал экраном вниз рядом с плинтусом. Я осмотрела его, чтобы убедиться, что он не поврежден. Чудесным образом он не сломался.
– Мне жаль! – крикнул Джексон, наклонившись вперёд и подняв руки, – Не вызывай такси, Лиис.
– Он периодически качался из стороны в сторону, чтобы сохранить равновесие. Я не помнила, чтобы когда–нибудь видела его настолько пьяным.
– Я просто посплю здесь с тобой.
– Нет, – жестко сказала я, – Ты не останешься здесь.
– Лииз. – сказал он, подходя ко мне. Он прикрыл глаза и промолчал. Он даже не смотрел на меня. Он смотрел в сторону, раскачиваясь взад и вперёд. Взяв меня за плечи, Джексон наклонился, затем сложил губы в трубочку и закрыл глаза.
Я увернулась, и мы оба упали на пол.
– Чёрт побери, Джексон! – Я вскочила на ноги и наблюдала за его попытками сориентироваться в пространстве.
Поднявшись и покачиваясь, он сел, выглядя как черепаха в своём панцире. Я простонала.
Он поднялся на колени и начал всхлипывать.
– О, нет. О, пожалуйста. Пожалуйста, прекрати, – сказала я, протягивая руки. Я помогла ему встать, а затем начала набирать номер такси. Джексон выхватил из моих рук телефон и снова бросил его на пол. Я отпустила его руки, и он с грохотом упал на пол.
– На этом всё! Я пыталась быть милой. Убирайся!
– Ты не можешь просто выкинуть меня из своей жизни, Лиис! Я люблю тебя! – он медленно поднялся.
Я закрыла глаза.
– Тебе завтра будет так стыдно.
– Нет, не будет! – он схватил меня за плечи и потряс, – Что я должен сделать, чтобы ты услышала меня? Я не могу просто оставить тебя! Ты любовь всей моей жизни!
