– А теперь одевайся, и давай запускать эту игру.
***
Игра равная. У обоих команд есть талант, и обоим хватит самоуверенности, чтобы зарядить стадион. В первом тайме Джереми на пару со Стивеном показывает максимум своего мастерства, но после грязного подката Стивен из игры выбывает.
В перерыве я отвожу его в сторону.
– Больно, да?
Он пытается это скрыть, но боль, пока он идет, отражается у него на лице.
– Растяжение? Или что-нибудь вывихнул?
Джереми хмурится, глядя на нас. Видимо, понимает не хуже меня, что его другу больно. Но я обязан увести его с поля – даже если это будет стоить команде игры.
Когда я говорю это Стивену, он протестует, но, впрочем, недолго.
– Блин, мистер Люк. Он толкнул меня, вы же видели.
– Да, и получил желтую карточку. Но можешь не сомневаться: мы с Джеком будем следить за всеми вами без исключения. Ты знаешь, что я не терплю грубость на поле. Имея это в виду, не забудь сказать Дэррилу, чтобы следил за своим языком.
К нам подбегает Саймон, защитник. Он смотрит на ногу Стивена.
– Чувак, ты в порядке? У мамы Джереми есть с собой лед. Может, приложишь?
Я замечаю то, как Стивен застыл при появлении Саймона.
– Угу, – бормочет он. – Хорошо.
Потом начинает хромать по направлению к Кэрол, которая улыбается и машет ему, подзывая к себе. Мне кажется странным то, что именно Саймон поддерживает его, приняв на себя часть его веса и помогая идти, а Джереми… нет.
Потому что не хочет себя выдавать? Или здесь происходит что-то другое?
Джек прерывает цепочку моих мыслей вопросом:
– Ну что, вернемся и закончим игру?
Взглянув на часы, я киваю. Приставляю свисток к губам и даю сигнал о том, что начинается второй тайм. Потом усмехаюсь Джеку.
– Давай.
Глава 25
Сэм
2-й тайм проходит более интенсивно. В отсутствие Стивена Джереми несколько раз допускает ошибки. Он что-то придумывает, начинает идеальные комбинации для розыгрыша со своим верным напарником, а там никого нет. Или, по крайней мере, нет никого, кто умеет читать его мысли, как умеет, судя по всему, его друг.
Я волнуюсь и нервничаю, пока слежу за игрой, но сама игра тут не при чем. Весь первый тайм я отвлекался на Люка. Я видел, как он бегает, тысячи раз, но сейчас у меня на глазах будто какой-то секс-фильтр, потому что после каждого сделанного Люком движения у меня внутри становится чуточку жарче.
Сама мысль – одна только мысль о табу – влияет на меня будь здоров. Я смотрю, как сокращаются мышцы на его сильных ногах, как футболка облегает его крепкую грудь и живот, как по шее стекают, поблескивая, капельки пота…
Я гадаю, как он будет выглядеть, когда мы окажемся обнаженными.
Я гадаю, возбудится ли он в достаточной степени от
Я гадаю, почему, черт возьми, моя голова может думать только о сексе.
А потом вспоминаю поцелуй на парковке и содрогаюсь. Те 2 секунды застали меня врасплох, и повторять их не стоит.
Но еще… когда губы Люка мягко задели мои… Еще у меня внутри все потеплело. Что-то сладкое, трепетное свернулось клубком и заурчало у меня в животе. Вовсе не сексуальное, а просто… приятное и уютное. Словно меня обняли поцелуем. Сколько раз в прошлом мне хотелось обнять его? Показать, как я рад, что он рядом?
Я закусываю губу, глядя, как Люк дает 1 долгий свисток и назначает «Пингвинам» штрафной.
Почему бы на пару недель не включить в нашу сделку и поцелуи? Ну серьезно, какой вред они принесут? В смысле, если держать их в тайне от Джереми. Потому что я не шутил, когда говорил, что не хочу, чтоб он знал. На парня и так свалились крупные перемены. Не хватало ему волноваться еще и о том, что происходит со мной. Особенно если вспомнить, что это продлится всего 2 недели, а после закончится.
Не говоря уже о том, что Джереми, наверное, будет в тяжелом шоке, если узнает, что гей в нашей семье не только он, но и его отец…
Неожиданно звучит женский голос, и я, развернувшись, вижу позади себя Кэрол.
Она выгибает бровь.
– О чем ты там замечтался?
– Ты покраснел, красавчик ты мой с ирокезом. Явно думаешь о чем-то очень хорошем. – Она подходит поближе и дотрагивается до моего уха с серьгой.
Я отмахиваюсь от нее, дернув плечом.
– Как там Джереми? Не отошел еще после того, как ты ему рассказала?
Кэрол вздыхает. Ветер задувает ей волосы на лицо, и она убирает их за уши.
– Скажем так, в данный момент я у него не в почете. – В ее голосе напряжение, но она все равно смеется. – С учетом твоего… не знаю, как зовется то, что с тобой происходит… и моих неожиданных новостей, мы, наверное, могли бы претендовать на титул самых облажавшихся родителей года.
Она складывает руки на груди и смотрит, как «Восточные Львы» пробивают по открытым воротам. Вратарь, впрочем, ловит мяч до того, как он касается линии. Мы оба облегченно вздыхаем. Счет пока что 0-0, и я надеюсь, что, пока мы не забьем, он таким и останется.
После благополучного сэйва я оглядываюсь на Кэрол.
