Он лидер сезонов. Он удерживает меня уже четвертую ездку, которая длится почти месяц. Он устраивает шоу ревности на дискотеке и погоню на машинах, пикник в горах и катание на мотоцикле. Он старается быть жестче, чтобы не избаловать меня, но чувства теперь прорываются в нем помимо его воли. Я засыпаю у него на плече и сплю самым безмятежным в своей жизни сном. Я делаю ему массаж спины. Я вижу цветы, солнечные лучи и яркие планеты, когда он находится во мне. Когда он рядом, мне не нужен никто. Ниф ужасно злится на меня и, кажется, уже готова вычеркнуть меня из списка своих лучших подруг. Я больше не гожусь для отрыва и в глазах Нифа превратилась в послушную женушку. Мне и самой противно, но… не хочется жертвовать ни одним «семейным» вечером, а уж тем более ночью.
На один из вечеров Кубик уезжает к родителям, и я чувствую себя круглой сиротой. От безделья мы с Нифом проводим всю ночь в баре «Черная лошадь». К утру посетители расходятся, и с нами остаются родственники Маугли - Логопед и Хасан, его очередной кузен. Внешне они безукоризненны, и слегка моложе нас. На фоне модника Логопеда, обвешанного серебром, Хасан в черной рубашке, высокий, подтянутый и скромный, выглядит очень интеллигентно. Добрых два часа Хасан промывает мне мозги.
- Юсуф – замечательный парень! Понял, понял, ты этого не отрицаешь. Ну почему же вы не можете снова встречаться? Зачем тебе этот…этот…Сефа??! Ну чем он так хорош? Ему же только двадцать три!
- Ха! А Юсуфу сколько? Уже двадцать? Или ты с собой сравниваешь?
Ниф пытается перевести разговор в другое русло.
- А кто споет мою любимую «Яр геледжек»?
У Хасана волнующий голос с хрипотцой. Он так душевно поет за столиком с горящей свечой…Сейчас я умру, шепчу я Нифу, и она понимающе кивает. Свет в баре потушен, а Логопед все приносит и приносит нам горячее вино за счет заведения. Мы с Нифом с трудом сопротивляемся массированной атаке.
- Ниф, я больше не могу! Если я сейчас начну падать в объятия Хасана, ты меня хватай, бей по лицу и тащи в апарт. Обещаешь? Мы не должны подпасть под их чары! Или завтра об этом узнают все и доложат Кубику!
- Тамам, тамам.
Помню эпизоды. Ниф сидит в обнимку с Логопедом, Хасан придвигает ко мне стул и поет мне в ухо незнакомую песню. Вместо перевода – выразительные жесты рук. Он касается своего обнаженного сердца. Догорающая свечка. Откуда-то новый бокал с вином. Нифа кто-то целует. Глаза Хасана. Сладкое ощущение. Суета. Ниф кричит и ругается, рассвет. Мы подбегаем к апартам, Ниф запирает дверь изнутри.
Когда я открываю глаза, рядом уже поют «Яр геледжек». Ниф наливает мне кофе и пялится в наш музыкальный телевизор.
- Ниф, мы ведь не запятнали свою честь?
- Я еле вырвала тебя у этого Хасана! Надо же, весь вечер защащал своего Маугли, а потом как накинется на тебя! Вот они, родственнички! Пришлось и Логопеда отложить до следующего раза.
- У него такой голос…он так пел…
- Да знаю, я сама растаяла.
Ты проснулась? Соскучился, пишет Кубик, когда придешь? Я принимаю душ и бегу к нему в магазин. Такое ощущение, что мы расставались на месяц.
К вечеру в магазин заглядывает бармен из «Черной лошади». Они с Кубиком что-то долго обсуждают, и мне это совсем не нравится.
Но Кубик улыбается мне как обычно, и я успокаиваюсь. Через час он закрывает магазин.
- Погуляем по берегу?
Я с восторгом соглашаюсь.
Кубик болтает обо всем на свете и срывает мне цветочки с каждого куста. Что-то сегодня он не похож на самого себя.
- Что с тобой случилось?
- Ничего, все в порядке.
Кубик борется сам с собой. Когда мы проходим мимо лежаков, он грубо заваливает меня на лежак и достает презерватив. Это все равно, что пойти купаться в море в шапке-ушанке и с тележкой продуктов из Мигроса.
- Черт возьми, да что с тобой происходит??!
- Я хотел бы послушать тебя. Рассказывай!
- О чем?
- Как ты провела вчерашнюю ночь.
- Мы с Нифом сидели в баре.
- И все?!!
- А зачем презерватив?
- Так у нас принято делать, если любимая изменила. И что вы делали в баре?
- Пили вино.
- ??!
- Пели песни.
- А потом?
- Потом пошли спать.
- Спать?
- Да.
- С кем?
- Одни. А если тебе что-то донесли, то это все вранье! С нами сидели ребята из бара, мы просто разговаривали.