– Фу, как некрасиво. – Сморщилась, я двинулась в зал с твердым намерением еще немного поваляться на диване.
Джэхи последовал за мной.
– Знаешь, – на ходу начала говорить я, – в трудные минуты я всегда заходила на твою страничку в соцсети и смотрела твои милые и веселые фотографии. Они придавали мне сил, успокаивали, поднимали настроение. Ты казался на них таким веселым и добрым человеком, как ты можешь быть настолько отвратительным в реальности?!
– До тебя никто не жаловался на мой характер, – заявил Джэхи.
Обогнав меня, он дошел до дивана и нагло развалился на нем. Нет, ну это уже ни в какие ворота, честное слово!
Я встала рядом, скрестила руки на груди и вперила суровый взгляд в надменную физиономию Джэхи.
– Были, конечно, недовольные, – невозмутимо продолжала рассуждать эта звездная задница, – но в основном это сотрудники. Из поклонников во мне еще никто не разочаровывался. Кроме тебя.
– Ага, конечно. Ты забыл о хейтерах, которые обвиняли тебя в том, что ты изменяешь Суён? – припомнила я негативные комментарии на последний пост актера в соцсети.
– Кто такая Суён? – совершенно невозмутимо поинтересовался Джэхи.
У меня даже челюсть отвисла. Вот это да!
– Твоя девушка, – в полном недоумении пояснила я. – Ким Суён.
– У меня нет девушки, – все так же невозмутимо продолжал Джэхи.
– Как это нет? О ваших отношениях знает весь мир!
– Это ненастоящие отношения. Если я правильно помню, то с мисс Ким мы виделись пару раз. Сделали много совместных фото для СМИ и быстро разошлись. Мисс Ким показалась мне слишком наивной и глупой. Если, конечно, это была она. Вокруг меня всегда куча одинаковых девушек, всех не запомнишь.
Вот так и рушится вера в идеальные отношения. Миллионы людей верят в счастливую пару Ли Джэхи и Ким Суён, а на деле это просто фейк. Красивый, сладкий и удачно проданный – прям как дорогущий гламурный торт, который только с виду прекрасен, а на вкус совершенно ни о чем. Мда, что-то в последнее время я все больше и больше разочаровываюсь в южно-корейской индустрии…
– Знаешь, о чем я сегодня ночью подумал? – резко сменил тему Джэхи.
– Не знаю и знать не хочу, – буркнула я. Мысли все еще были заняты шокирующей правдой.
– Мне кажется, – продолжил говорить Джэхи, игнорируя мои слова, – что московская жертва не связана с жертвами этого города.
– С чего ты так решил? – спросила я, устало глядя на актера, развалившегося на моем диване.
Джэхи одним быстрым движением поднялся и, сев на диване по-турецки, объявил:
– Интуиция!
– Да ну тебя, – бросила я. Думала, он что-то умное скажет…
Джэхи намеревался еще что-то сказать, но его перебилгромко завывающий очередную попсовую песню Юрка, который только что вышел из ванны. Я внимательно всмотрелась в его лицо и облегченно вздохнула.
– Спасибо, что послушался меня и не воспользовался моим станком, – поблагодарила его я.
Заросший щетиной Колганов добродушно улыбнулся мне и сказал:
– Куплю себе бритву на обратном пути.
– Ты в участок? – оживилась я.
Юрка кивнул.
– Подождешь? Я с тобой!
– А как же он? – Юрка кивнул на Джэхи, который с интересом наблюдал за нами, силясь понять хоть слово из нашей русской речи.
– Мы его закроем, – предложила я. – Ничего, не маленький, найдет, чем себя развлечь. Ноутбук я заберу, пусть книги читает или телевизор смотрит.
– А если что случится? – не унимался Юрка.
– Не случится. Он же не дурак, чтобы себя калечить, – отмахнулась я.
Да, было беспечно оставлять Джэхи одного. И было еще беспечнее вместе с Юркой идти в участок, но я больше не могла оставаться в четырех стенах. Джэхи было слишком много, и его мерзкий характер давил на меня с такой силой, что мне казалось, будто я вот-вот расплющусь. Мне срочно требовался свежий воздух и смена обстановки!
Как только мы с Юркой вышли из подъезда, я сразу же почувствовала на себе прожигающий до костей взгляд нашей местной банды. Растянув губы в улыбке, я повернулась к лавочке и громко поздоровалась.
– Здравствуй-здравствуй, – закивали мне Черешкина и Клячкина.
– А где Галя? – удивилась я.
– Дома лежит, – тут же ответила Валентина Ивановна.
– Нажралась какой-то гадости, вот и поплохело, – сдала свою внучку Клавдия Семеновна. – Я ей давеча говорю, не надо тебе есть всякую дрянь, у тебя слабый кишечник, он может…
Слава богу, что нам с Юркой не удалось узнать, что может сделать слабый кишечник Клячкиной младшей. В моем кармане громко запищала раскладушка. Впервые я была так рада звонку Кравцова.
– Извините, по работе, – сказала я бабушкам и отошла в сторону.
– Молодая, а телефон – старье, – услышала я комментарий Черешкиной.
– Не понимаю, как сейчас можно без смартфонов жить, – вторила ей Клячкина.
Усмехнувшись, я приняла вызов.
– Почему трубку не берешь? – с ходу вопросил Кравцов.
– Я?
– Ну не я же!
– Ты там кукухой поехал? Что я, по-твоему, только что сделала?
– Я про другой телефон говорю.
– А зачем ты мне на тот звонил? – спросила я, начав шарить по карманам в поисках своего смартфона.
– Просто хотел спросить как дела. – На фоне послышалось шуршание, а затем Сергей продолжил, немного шепелявя: – Ну что, как дела? Как питомец? Как ремонт?
