отвар сенной трухи и овсяной соломы, причем оба растения варятся вместе. Ванна из овсяной соломы
получает таким образом приятный запах.
Ванны, пожалуй, хороши, скажет мне иной, но все это очень дорого и хлопотливо. Такое возражение было бы
справедливо со стороны того из моих читателей, которого я посылал бы на воды в Рейхенгаль, Карлсбад или
куда-нибудь в другое место или которому я велел бы покупать маленькие черные тщательно закупоренные
дорогие бутылочки с экстрактом из сосновой хвои и выливать в каждую ванну половину или треть их
содержимого. • Но в данном случае нет ни малейшего основания к жалобам, к отговоркам, к возражениям.
Даже самый беднейший может приготовить для себя любую ванну с таким экстрактом, какого он не достанет
нигде в более чистом и натуральном виде.
Я специально долго изыскивал такие ванны для бедных, несостоятельных людей, чтобы и они не были
лишены благотворного действия ванн, так хорошо укрепляющих здоровье. Для этого нет надобности
отправляться в дальние путешествия. Самое большее, что нужно сделать — это пойти на сеновал или в
ближайший лес. А расходы, потребные на ванну — всего только несколько шагов или доброе слово: каждый
крестьянин охотно даст бедняку сенной трухи или пучок овсяной соломы; с любой ели можно достать шишек
и зеленых веток. Деревянная посуда (бочка, ушат) есть в хозяйстве у каждого; а в крайнем случае всякий
сосед охотно ее одолжит.
Что же касается труда и хлопот, то я только спрошу, неужели же твоим близким будет меньше хлопот с тобой, если ты по целым неделям будешь лежать больной в постели, и твое тело, оставленное без заботы, до
крайности ослабевшее и никогда не освежаемое, медленно хиреет? О труде и хлопотах здесь не может быть
и речи. По-моему, это просто лень, если кому-либо трудно выполнять мои легчайшие советы. Да такой
больной и не заслуживает никакой ванны.
3. Минеральные ванны
Здесь я должен сказать несколько слов о минеральных ваннах, по поводу которых меня часто спрашивают.
Мой взгляд на них таков. Сообразно с основаниями моего водолечения, я не могу быть на стороне
минеральных ванн, потому что не одобряю ничего сильнодействующего, ничего насильственного, все равно
— применяется ли оно как наружное или как внутреннее средство. Мое мнение было и будет следующее:
самое умеренное пользование — самое лучшее, все равно — касается ли это водолечения или вообще
медицины, и если одним средством цель достигнута, не следует прибегать к другому. Мы должны помогать
природе, больному или ослабленному организму спокойно, а не сурово и резко; должны, так сказать, кротко и
легко водить за руку больного, порою поддерживая его, а не толкать и дергать. Мы не должны тем или другим
путем стремиться достигнуть чего-либо абсолютного, а должны только помогать телу справиться со своей
работой, и немедленно прекращать наше содействие, как только заметим, что выздоравливающий организм в
состоянии бороться самостоятельно.
Все, вероятно, обратили внимание, что в моих способах лечения я не применяю общеизвестных проволочных
щеток, жестких полотенец и т. п. Я применял их прежде, да и то лишь в отдельных случаях, но опыт убедил
меня, что одна вода, без этих более или менее насильственных средств, действует прекрасно, если только
правильно применяется (не говорю уже о том, что при щетках и т. п. бедному телу помимо прямой работы
приходится еще возвращать в нормальное состояние измятые и натертые мускулы и точно так же
обработанную кожу). Службу трения у меня выполняет целые дни и ночи толстая холщевая рубаха, которую я
здесь особенно рекомендую.
Уже само название «минеральная ванна» указывает на сильное действие. Все употребляемые для них воды,
где бы они ни находились и как бы ни назывались, содержат всегда более или менее слабые или сильные
соли. Такие соленые воды, применяемые снаружи, представляются мне — простите за выражение — тряпкой
с крупным песком, которою я вздумал бы чистить серебро или еще более благородный металл. Золото и
серебро очень нежны. Неужели же наши внутренние органы менее нежны? Дыхание затемняет блеск
серебра, грубая чистка портит его. От такой обработки оно хорошо блестит; тряпка и песок снимут
основательно с него пыль и грязь, даже слишком основательно, и от серебряной вещи скоро ничего не
останется. Сравнение это понятно и нет нужды долго объяснять, над каким чувствительным, мягким и
чрезвычайно благородным металлом такие воды производят свою чистку.
Но подтверждается ли мое мнение опытом?
На больших курортах часто выносят покойников на кладбище не днем, а ночью, не с музыкой и пением, а в
полной тишине, чтобы не смутить живых неприятным зрелищем. А выносят их довольно много, так как весьма
значительная часть людей умирает ежегодно на различных водах. «Он или она, - говорят тогда
обыкновенно,- был в таком-то оду здесь впервые, ему или ей стало гораздо лучше» «Старая болезнь
возвратилась снова, и он или она опять приехали» «В таком-то году был он там во второй раз,— говорят
