Ноласко не ответил. Трейси не собиралась сдаваться без проявления честных намерений со стороны начальника.
– Я не могу прикрывать вас в этом деле, – наконец проговорил капитан. – Это не входит в компетенцию департамента. В случае чего вы действуете на свой страх и риск.
* * *Когда Трейси вернулась на свое рабочее место, полная адреналина после стычки с Ноласко, Кинс развернул свое кресло к ней.
– Ну, как?
Кроссуайт села и потерла руками лицо, потом помассировала виски. Она выдвинула ящик стола, вытряхнула две таблетки ибупрофена и, закинув голову, проглотила их, не запивая.
– Ванпельт не спрашивала меня о том, что обнаружили медицинские эксперты, когда нашли останки Сары. Она хотела знать, помогала ли я адвокату добиться для Эдмунда Хауза повторного суда. Начальство прослышало об этом, и ему это не очень понравилось.
– Так просто скажи ему, что не помогала. – Когда она не ответила, Кинс спросил: – Ты же не помогала?
– Помнишь то глухое дело с пожилой женщиной на холме Куин-Энн год назад?
– Нора Стивенс?
– Тебя беспокоит, что оно не раскрыто?
– Конечно, беспокоит.
– Представь, как бы это тебя беспокоило через двадцать лет, если бы убит был кто-то из твоих родных и любимых. На что бы ты пошел, чтобы выяснить правду?
<p>Глава 31</p>Трейси постучала в дверь и шагнула назад, давая сетке от насекомых захлопнуться. Когда никто не ответил, она, загородив глаза ладонями, попыталась заглянуть в окно сквозь тюлевые занавески. Никого не увидев, она прошла мимо закрытой веранды, подошла к дому сбоку и, перегнувшись через забор, крикнула:
– Эй, есть кто-нибудь?
Перед гаражом на дорожке стояла последняя модель «Хонды-Цивик». Трейси подошла к входной двери, собираясь спуститься с крыльца и обойти дом, когда увидела в окне фигуру. Входная дверь открылась.
– Трейси!
– Здравствуйте, миссис Холт.
– Мне послышалось, кто-то стучит. Я была в задней комнате, шила. Да, это, конечно, сюрприз – увидеть тебя. Что ты делаешь в Седар-Гроуве?
– Мне нужно уладить кое-какие дела с родительской недвижимостью.
– Я думала, ты уже продала дом.
– Остались последние формальности.
– Это, должно быть, тяжело. У нас с Харли остались такие чудесные воспоминания о нем, особенно как там справляли Рождество. Ну, заходи, заходи. Не стой на холоде.
Трейси вытерла ноги о коврик и вошла внутрь. Обстановка была простая, но опрятная. На камине и полках в столовой стояли фотографии. Буфет был заполнен фарфоровыми статуэтками – своего рода коллекция.
Кэрол Холт закрыла за ней дверь. По прикидкам Трейси, ей было лет шестьдесят пять; крепкого сложения, с короткими серебристо-седыми волосами, она носила очки в такой же серебристой оправе. Кэрол явно сохранила пристрастие к трикотажным брюкам, свитерам и ярким бусам. Когда пропала Сара, Кэрол Холт в здании Американского Легиона готовила сэндвичи для участвовавших в поисках волонтеров.
– Чем ты занимаешься? Я слышала, ты теперь живешь в Сиэтле.
– Служу в полиции.
– В полиции. Ух ты! Наверняка это увлекательно.
– Да, бывает.
– Садись, будь гостем. Можно тебя чем-нибудь угостить? Стакан воды или кофе?
– Нет, миссис Холт, не стоит.
– Пожалуйста, дорогая, зови меня Кэрол, ты уже достаточно взрослая.
