Трейси заглушила двигатель и одним из полотенец вытерла кровь с заднего сиденья, прежде чем закрыть заднюю дверь. Хотя здорово похолодало, а она была легко одета – в рубашке и джинсах, – Трейси осталась на улице, слишком возбужденная, чтобы сидеть, слишком разозленная, чтобы ничего не делать. Она стала ходить туда-сюда по деревянному крыльцу в теплом свете от желтой лампочки над дверью и позвонила еще. Женщина-диспетчер в офисе шерифа сказала, что Роя Каллоуэя нет на месте, но что полиция отреагирует на стрельбу в доме Дэна. Трейси сказала ей, что сейчас находится в ветеринарной клинике в Пайн-Флэте, и попросила держать ее в курсе дела.
Она попыталась смирить свою злость, чтобы не мешала думать. Стреляли дробью. То, что стекло разлетелось вдребезги, и множественные ранения Рекса подтверждали это. Трейси достаточно охотилась на оленей с отцом и понимала, что теперь важнее всего – задеты ли жизненно важные органы. От холода она обхватила себя руками. Ночное небо наверху заволокли тучи, заслонив звезды, и ветер утих. С навеса крыши неподвижно свисал колокольчик.
Она ходила по крыльцу, пока от холода не заболели суставы и не онемели пальцы на руках и ногах. Уже собравшись зайти внутрь, она заметила на асфальтовой дороге свет фар и узнала внедорожник, когда он зарулил на стоянку и встал рядом с «Тахо» Дэна. Оттуда вышел Рой Каллоуэй во фланелевой рубашке, синих джинсах и куртке фирмы «Кархартт». Его ботинки застучали по деревянным ступеням.
– Вы приехали сказать мне «я же говорил»? – спросила Трейси.
– Я приехал убедиться, что с тобой все в порядке.
– Со мной все в порядке.
– А как собака?
Она кивнула в сторону клиники.
– Пока не знаю.
– Заметила что-нибудь?
– Да, заметила. Это был грузовик.
– Заметила номерной знак?
– Нет, было слишком далеко. И фонари были выключены.
– Откуда же ты знаешь, что это был грузовик?
– По звуку двигателя и расстоянию тормозных сигналов от земли.
Он обдумал это.
– Не слишком сужает круг поиска, здесь много таких.
– Знаю. Да, еще: левый тормозной сигнал не горел.
– А это может помочь.
– Стреляли из ружья, – сказала Трейси. – Дробью. Какой-то идиот пытался нас запугать.
– Пес Дэна может не согласиться с этим.
– Там не было занавесок, Рой. Я сидела перед окном в кухне. Если бы хотели убить меня, ничто не мешало. Это было просто предупреждение. СМИ всполошили всех в городе. Вам что-нибудь известно об этом?
Каллоуэй почесал в затылке.
– Я велел моим людям навести справки, попытаться выяснить, не болтал ли кто лишнего спьяну.
– Это тоже вряд ли сузит круг поисков.
– Я послал в дом Финлея. Велел ему позвонить Маку на склад пиломатериалов, взять фанеру и заколотить окно.
– Спасибо, я скажу Дэну.
Она сделала движение к двери, чтобы войти в клинику.
– Трейси!
На самом деле ей не хотелось слышать, что он скажет, или спорить о чем-то. В настоящий момент ей хотелось уйти с холода и узнать, что с Рексом. Но она обернулась к шерифу. Каллоуэй как будто не мог подобрать слова, что было на него не похоже. Помолчав, он сказал:
– Твой отец был одним из моих лучших друзей. Я не говорю, что это одно и то же, но не проходит и дня, чтобы я не думал о нем и Саре.
– Тогда вы должны найти того, кто их убил.
– Я нашел.
– Есть свидетельства обратного.
– Не всегда можно верить свидетельствам.
– Я не всегда верю.
Он как будто собрался рассердиться, что было в его духе, но потом вдруг показался просто усталым, и впервые Трейси заметила, что он старик. Шериф понизил голос.
– Некоторые из нас не могли убежать, Трейси. Некоторым пришлось остаться здесь. У нас была здесь работа. У нас был город, о котором надо было подумать, место, которое люди по-прежнему зовут своей родиной. И раньше здесь было хорошее место для жизни. Люди хотели просто оставить это в прошлом и жить дальше.
– Похоже, что кто-то из нас не слишком в этом преуспел, – сказала она.
Он протянул к ней ладони.
– Что ты хочешь от меня?
Они уже все сказали. Дальнейший разговор не имел смысла, а Трейси начала замерзать.
– Ничего, – ответила она и снова двинулась к двери.
– Твой отец…
Она убрала руку с ручки двери. Деанджело Финн тоже недавно упоминал отца.
– Что, Рой? Что мой отец?
Каллоуэй прикусил нижнюю губу.
– Передай Дэну, что я очень сожалею о его собаке.
По лицу Дэна Трейси решила, что Рекс умер. Дэн сидел в прихожей, уперев локти в колени и положив подбородок на ладони. Шерлок лежал перед ним на полу, положив голову на лапы и глядя из-под нахмуренных бровей.
– Ты что-нибудь слышал? – спросила Трейси.
Дэн покачал головой.
– Приезжал Каллоуэй. Он собирается поспрашивать, посмотреть, не проговорится ли кто-нибудь. И пришлет людей заколотить окно.
Дэн не отвечал.
– Хочешь кофе? – спросила Трейси
– Нет.
Она села на стул рядом с ним. Через минуту она взяла его за руку.
– Дэн, мне очень жаль. Не знаю, что сказать. Мне не следовало втягивать тебя в это. Это было нечестно по отношению к тебе.
О’Лири уставился в пол, словно обдумывая ее слова. Наконец он повернул голову и сказал:
