Роза объяснила, как ее люди тщательно описали все от фрагментов костей до заклепок от джинсов фирмы «Levis» и серебристо-черных кнопок рубашки фирмы «Scully». Она также сказала, что извлеченные из земли частицы черного пластика соответствуют материалу, из которого делают мешки для мусора, а также упомянула волокна от коврика.
– И могли бы вы сделать какие-то выводы из всего этого?
– Я могу заключить, что пластик был или положен под тело перед тем, как поместить тело в яму…
– Зачем бы кому-то понадобилось это делать?
Роза покачала головой.
– Понятия не имею.
– А вторая возможность?
– Тело было в пластиковом мешке.
Трейси старалась следить за дыханием. Она чувствовала жар. По телу струился пот.
– Вы нашли что-то еще?
– Украшения.
– Что именно?
– Пару сережек и бусы.
Толпа зашевелилась. Мейерс взял молоток, но воздержался от стука.
– Можете описать сережки?
– Нефритовые, в форме капли.
Дэн показал Розе украшения.
– Вы не покажете нам на вашей диаграмме, где находилась каждая сережка?
Роза взяла указку и показала два места.
– Около черепа. Бусы мы нашли около верхней части позвоночного столба.
– Вы сделали какие-нибудь заключения из места нахождения украшений?
– Я заключила, что когда умершую клали в могилу, украшения были на ней.
Вэнс Кларк оставил свои черепаховые очки на столе и целеустремленно направился к месту свидетеля. У него не было никаких записей, и он скрестил руки на груди.
– Давайте поговорим, доктор Роза, о том, чего вы не знаете. Вы не знаете, отчего жертва умерла.
– Не знаю.
– Вы не знаете, как она получила травму в задней части затылка.
– Не знаю.
– Убийца мог ударить ее головой о что-то твердое, когда душил ее.
Роза пожала плечами.
– Могло быть и так.
– Вы не могли определить, была ли жертва изнасилована.
– Не могла.
– У вас нет анализа ДНК, по которому можно было бы идентифицировать убийцу.
– Нет.
– Вы полагаете, что жертва была убита до захоронения, но не можете сказать, насколько раньше.
– С какой-либо уверенностью не могу.
– Значит, вы не знаете, не спрятал ли убийца тело сразу после убийства, чтобы потом вернуться через какое-то время и захоронить тело там, где его в конечном итоге нашли.
– Этого я не знаю, – согласилась Роза.
– Потенциально это могло быть причиной, почему трупное окоченение наступило раньше, чем тело было захоронено именно в этом месте, верно? Эдмунд Хауз мог убить ее, спрятать тело, потом вернуться, чтобы перепрятать его, и обнаружить, что оно окоченело, верно?
Дэн встал.
– Ваша честь, теперь обвинение явно просит доктора Розу строить догадки.
Мейерс как будто обдумывал сценарий.
– Я позволяю это.
– Доктор Роза, мне повторить вопрос? – спросил Кларк.
– Нет, – сказала Роза. – Такой сценарий возможен с одним уточнением. Трупное окоченение проходит примерно через тридцать шесть часов. Так что по предложенному вами сценарию мистеру Хаузу пришлось бы перепрятать тело довольно скоро.
– Но такая возможность существует, – сказал Кларк.
– Существует, – согласилась она.
– Итак, небольшое предположение с вашей стороны в дополнение к науке.
Роза улыбнулась.
– Я только отвечала на заданные вопросы.
– Понимаю. Но единственное, что вы можете определенно утверждать, – это что умершая была Сарой Кроссуайт.
– Да.
– Вы знаете, как жертва была одета во время похищения?
– Нет.
– Вы знаете, какие украшения были на жертве во время похищения?
– Опять же, я лишь могу выражать мнение, основанное на том, что я нашла в могиле.
– Я вижу, что вы сегодня надели серьги.
– Да.
– У вас бывает такое, что вы наденете серьги, а потом, возможно в сомнении, возьмете другую пару?
Роза пожала плечами.
– Не помню такого.
– А вы знали других женщин, с которыми такое случалось?
– Знала.
– Ведь это прерогатива женщин – передумывать, не так ли? – улыбнулся Кларк. – Видит бог, моя жена часто передумывает.
Вопрос вызвал несколько смешков. Это создало паузу в до сих пор жутких показаниях, и галерея ответила нервным смехом. Даже судья Мейерс улыбнулся.
– Я так и говорю моему мужу, – сказала Роза.
– У вас есть какие-нибудь догадки, почему у умершей могла быть не одна пара серег и не одно ожерелье, когда ее похитили?
– У меня нет.
Кларк впервые за два дня улыбнулся и вернулся на свое место.
Мейерс посмотрел на стенные часы.
– На сегодня закончим. Мистер О’Лири, кого вы намереваетесь вызвать завтра утром?
Дэн встал.
– Если позволите, ваша честь, Трейси Кроссуайт.
СМИ по большей части оставили Трейси в покое – возможно, помня предупреждение судьи Мейерса, что всем нужно добраться до места своего ночлега до наступления ночи. В машине у нее было холодно, как в морозилке. Трейси завела двигатель и вышла, чтобы очистить ветровое стекло, пока стеклообогреватель гнал теплый воздух изнутри. Дэн позвонил ей на мобильник.
– Я собираюсь забрать Рекса, – сказал он. – Погода по прогнозам ухудшится. Сегодня вечером никого на улице не будет. Приезжай ко мне.
Она сжала и разжала кулаки, согревая пальцы, и посмотрела на машины, выезжающие со стоянки на прилегающие улицы.
– Ты уверен? – спросила Трейси, но сама уже представляла, как проведет ночь с Дэном.
