Славин убрал мою верхнюю одежду в шкаф, закинул туда же сумку и повернулся, словно ожидал дальнейших распоряжений.
— Сегодня вечером у меня собираемся. Не забывай.
— Почему у тебя, а не в ресторане?
— Потому что Вика с Витей тоже придут, — ответила я, напомнив про своих племянников. — И в пятницу у Яны свадьба. Об этом ты не забыл?
— Об этом я как раз помню, — кивнул он с готовностью. — Кофе?
— Ага, — согласилась, включая компьютер, пока Пашка выглядывал в приемную и орал: «Лена, сделай нам кофе!»
День рождения начался довольно бодро, даже несмотря на мое плохое настроение. Но затем что-то пошло не так. В середине дня Пашка умчался в аэропорт встречать многоуважаемых китайских партнеров, меня скомканно поздравили практически сотенным коллективом и задарили цветами, на которые у меня началась аллергия: распух нос и покраснели глаза. Под вечер в кабинет явились представители высшей власти, которые добавили в мой розарий еще пару ненавистных веников, ухудшив здоровье. Пашки с ними не было, потому что он все еще развлекал наших иностранных гостей.
И все — буквально все! — в свое поздравление вставляли: «Ну что, Юлия Валерьевна, дослужиться — дослужилась, теперь пора заиметь мужа с ребеночком». Говорили мои коллеги это в разных вариациях, но слышала я только так. Как будто сама не знаю, что пора! Лучше посоветуйте: как? Для начала как вырваться из этого чертового офиса, где мужа я себе уж точно не найду по одной простой причине: здесь все и каждый запуганы Славиным и даже на день рождения при отсутствии босса рядом меня не обнимают, не целуют в щеку, а пожимают по-деловому руку!
Настроение, которое с утра я пыталась растопить музыкой, прической и нарядом, стремительно ухудшалось. А добило поздравление в одной из социальных сетей. Там меня также атаковали сообщениями и открытками, скачанными в поисковиках. Но настроение растоптала всего одна фраза: «С днем рождения» — и смайлик в виде букета цветов. Так скромно отписался бывший, принц Александр, отношения с которым до сих пор были самыми длительными в моей жизни.
Сначала я не обратила внимания и ответила ему кратко «Спасибо!» — но потом заинтересовалась тем, как поживает Саша, и открыла его страничку. А там он, все такой же прекрасный принц с копной волос, на каждом снимке обнимал очень на него похожую девочку лет семи-восьми. И первая мысль у меня была не: «Ого, ничего себе, принц-то, получается, женился вскоре после нашего расставания», а: «Это мог бы быть мой ребенок!» Стало очень обидно.
Домой я возвращалась на автомате, выставляла салаты на стол и отправляла замаринованную заранее курицу в духовку точно так же. Мне уже ничего не хотелось. Ни гостей, ни подарков, ни тем более поздравлений, учитывая, что примерное их содержание я знала.
И, конечно, первое, что прокричала мне мама при входе, было: «Мужа тебе хорошего! И деток побольше да побыстрее!»
Мои горячо любимые племянники в этот день тоже не радовали, потому что напоминали обо всех полученных мною поздравлениях. Яна с женихом приехать не смогли из-за подготовки к свадьбе. Пашка пропадал где-то со своими китайцами. Родители употребляли горячительное и рассуждали о моей несчастной одинокой жизни. Дядя Демид, такой же веселенький, предлагал все-таки выдать замуж меня, никому не нужную и бесперспективную, хотя бы за его непутевого сына. Тетя Марина на него шикала и отставляла в сторону бутылку с водкой. Юрка сначала ел, ел, ел, а потом откинулся на спинку дивана и захрапел. И одна только Оля, его жена, смотрела на меня понимающе и сочувствующе.
Выпроводив дорогих родственников за порог, я, которая не ревела, даже когда ее побили и отвергли первую любовь, растоптав чувства, впервые с подросткового возраста разрыдалась на полу ванной комнаты под жалобное мяуканье Кисы. Я бы могла не обращать внимания на слова родителей, друзей, коллег, если бы сама не страдала от того, что устала быть постоянно одна. Не заметила бы ни единого грубого высказывания или неуместного намека, но все их поздравления прошли по сердцу острым ножом, задев за больное.
С трудом умылась, убрала со стола и, продолжая всхлипывать, отправилась в постель. Но сон не шел, рыдания снова возобновились, а голову стали посещать совсем уж безнадежные мысли, что я так и умру одна, потому что вот уже пять лет, как даже ни одного предложения на чашечку кофе от противоположного пола не получала. Если, конечно, не считать того, который сейчас висел на звонке в квартиру.
Я спрятала голову под подушку, чтобы не слышать трель дверного звонка. Прекрасно знала, что в коридоре трется Славин, но видеть его сейчас хотелось меньше всего. Однако вскоре трель затихла, звякнул замок, и в квартире послышались чужие шаги.
Я вскочила с кровати и в одной шелковой пижаме фурией выбежала в коридор.
— Откуда у тебя ключи?! — прокаркала хриплым после рыданий голосом.
