Со всеми злоключениями я прибыла в офис чуть ли не через три часа после того, как распрощалась с Мариной и Витей. Вот-вот должна была начаться регистрация на мой рейс, а я только вылетала из лифта на нужном этаже. Кабинет босса был заперт, но у меня в сумке были ключи, которые я не успела выложить перед путешествием из-за неожиданно возжелавшего встречи Славина. Снова поблагодарив друга за свое поспешное изгнание из дома, вошла в кабинет и подбежала к сейфу.
Ввела свою дату рождения в качестве пароля. Сейф ответил отказом.
— Что? — поразилась я, растерянно глядя на металлический ящик. — Это правильный пароль!
Ввела снова. Реакция та же.
— Ты поменял пароль! — возмутилась, поворачиваясь к пустовавшему креслу Паши. — Ненавижу!
Выбора у меня не было, и я принялась гадать, надеясь на то, что со своими познаниями Славина взломаю код. Но нет. Я перебрала все памятные даты в его жизни, но отказ следовал за отказом.
— Какая же ты предсказуемая, — заметил тихий голос позади меня через несколько минут. Обернулась и нахмурилась.
— Зато ты не очень, как выяснилось. Какой пароль?
— Давай поговорим.
— Не подходит. Тут только цифры, — отмахнулась я, продолжая перебирать комбинации. Я уже начала путаться в том, что вводила, а что еще нет.
Он быстрым шагом приблизился и схватил меня за руку, разворачивая к себе лицом. Я вздрогнула — и от его резкого приближения, и от неожиданно крепкой хватки, а также от взгляда, которым он прожег меня. Видела уже этот взгляд, но раньше он никогда не был направлен на меня. Он не был злым или яростным, как я привыкла, он был агрессивным. Примерно таким взглядом Славин раньше смотрел на кабинет генерального директора, на клиентов при заключении выгодных ему контрактов. Этот взгляд был одновременно спокойным, сосредоточенным и в то же время пылающим. Под его прицелом мне тут же стало неуютно, я отвела глаза и попробовала вернуть себе руку.
— Отпусти.
— Не отпущу.
— Снова про мой отпуск? Я улечу! Ты не можешь мне приказывать! — вспылила тут же, дергая рукой, но безрезультатно: его захват все равно не смогла стряхнуть.
— Не отпущу к другому мужику, — с еле сдерживаемой злостью пояснил он. А я замерла, перестав вырываться.
— В каком смысле?
— В самом прямом. Мне твоих Валер, Саш, Сереж, Олегов и прочих хватило уже! Перестань витать в облаках! Спустись на землю: принцев не бывает.
Непонимающе хлопнула глазами. Он хочет поговорить о моих розовых девичьих мечтах сейчас? Когда мой самолет с минуты на минуту помашет крылышком?
— О чем ты? Если хочешь говорить, то лучше извиняйся за вчерашнее, а не качай права, которых у тебя нет. Не тебе решать, с кем мне быть, а с кем нет. Хочу — за принца выйду, хочу — за нищего. Это будет мой выбор. У тебя права голоса в этом деле нет.
— А может, за меня? — предложил он, отпуская наконец мою руку. Взяла ее за запястье другой и растерла.
— Что «за тебя»?
— Выйдешь.
— Замуж? — переспросила, так до конца и не понимая, о чем именно он говорит.
— Ну да, — сказал и замер, мигом растеряв свой агрессивный и решительный вид.
— Пф-ф, — фыркнула. — Приплыли. Нет, конечно! Я отчаялась, но еще не до такой степени.
— А чем я плох?
— А чем хорош? — задала встречный вопрос. — Ты за вчерашнее даже прощения не попросил.
— Весь день выпрашиваю.
— Ты не выпрашивай, а лучше дело сделай. Открой сейф, покажи, что раскаиваешься.
Думала, продолжит сопротивляться, но нет. Тут же повернулся и ввел код. День рождения моей мамы. Да этот сейф никто бы не взломал. Даже мне такой пароль в голову не пришел.
Он достал оттуда мой паспорт и передал его, глядя вопросительно.
— А теперь?
— Что теперь? — поинтересовалась, раскрывая книжечку и проверяя. Да, действительно мой.
— Теперь не будешь искать себе мужика?
Посмотрела на него непонимающе: он шутит так? Или Марина права и он так боится изменений в своей размеренной жизни, что даже готов жениться на мне? Для него ведь я удобная жена: практически всю жизнь вместе, знаю все его предпочтения, всегда готова прийти на помощь, поддержать, подставить плечо. Как говорила Яна, с такими, как мы, правильными девочками, не гуляют, на них женятся. И для меня это звучало оскорбительно. Я не хотела быть удобной, я хотела быть любимой. А Пашка явно сейчас преследует не романтику и чувства, а свою выгоду, свое удобство.
— Засчитаю плюсиком в нашем будущем примирении, — сказала, помахав паспортом и решив игнорировать его глупейшее предложение.
— Что значит «будущем»? — напрягся он.
— Я же обещала пересмотреть свое решение о расторжении нашей дружбы, когда вернусь из отпуска. Считай, тем, что вернул паспорт, ты уже прощен на пятьдесят процентов, — ответила, а сама напряглась от его вновь потяжелевшего взгляда. Да что с ним такое? Мне этот взгляд очень не нравится. Чувствую себя под ним добычей, загнанной в угол. И начинаю нервничать. — Паш, все нормально. Уверена, мы сможем помириться. И все будет как раньше.
— Да кому нужна эта твоя дружба?! — возмутился он. И сделал шаг в мою сторону, нарушая личное пространство. Я поспешно отступила назад.
