Я держал ее в своих руках и не понимал ничего. Всего пару минут назад на арене была ледяная леди, бесстрашная, расчетливая и неуязвимая. Она в доли секунд принимала единственно верные решения, выложилась на весь внутренний запас магии. Она вела себя как опытный воин и выдержала все. Меня конечно смущало ее временная потеря сознания, из ее груди вылетел огонек, тусклый и слабый, но такой похожий на душу, а потом теряя сознания в нее пару минут спустя влетел яркий полный сил огонь и это точно была душа…, наверное, почудилось. Но сейчас в моих руках нежный цветочек, она тряслась от страха и холода, цеплялась за меня царапая и прижимаясь, как будто я самый родной и желанный человек на всей земле. Лия дэ Маги никогда не была хрупкой и маленькой, даже ребенком источала силу, волю и решимость, никогда не боялась. Всегда шла до конца, умела проигрывать, но всегда достойно играла. Но сейчас я чувствовал ее именно такой, маленькой и хрупкой. Это сбивало с толку и как-то совсем не вязалось с тем зверем в которого только что оборачивалась это чудо на арене. Меня наполнили не известные мне до этого мгновения чувства, я хотел защитить ее от всего и всех сразу. Я призвал свою родную стихию огня и укрыл ее, нечего голым задом сверкать. Да и замерзла она что ли, вся дрожит и всхлипывает. Что это за сырость у меня на шеи? Слезы? Она плачет? Вот поистине девчонка! Разревелась, чудо испуганное, чудовище бесстрашное! В сердце сжалось и на лице сама по себе возникла улыбка. Вот никому ее не отдам, ни стражам, ни брату, ни отцу, хотя последние как-то до странного легко сдались и не сильно настаивали. Сам отнес ее к целителям: крепче прижал ее к себе, открыл телепортационный портал и не убирая из ее цепких ручек своих рук просидел с ней до того, как она уснула, и сама не выпустила меня из своего плена уносясь в мир духов и снов.
Теперь я Лия, Лия дэ Маги из мира трех королевств. Моя новая семья, слишком шумная в моей голове, по дороге к целителям объясняли мне что произошло с их дочерью, а теперь уже со мной. Отец показывал картинки от которых я приходила в ужас, начинала всхлипывать сильнее вжиматься в… свое транспортное средство, цепляться за него. Он был таким теплым и надежным, реальным и безопасным, в отличии от тех картинок которые показывал отец и того ужаса о котором рассказывала мама. Мой страх меня перенасытил, и я уткнувшись в шею этого сильного и такого надежного мужчины начала тихонько плакать. Я считала себя сильной, смогла пережить не удачный брак, ужасный развод, смирилась с одиночеством, разбитым сердцем и воспитанием сына без помощи сильного и надежного мужчины… Но нет, сильная Лия, она как скала! То, что она пережила, с какой опасностью столкнулась и победила ценой своей жизни, сколько вытерпела, с какой заботой спасала адептов, а вдруг я бы сказала нет… Это приводило меня в такой ужас, что я с еще большим страхом и усердием впивалась в своего незнакомца, окуналась в его тепло и кажется таяла в нем, даже придя к целителям я не могла его отпустить, вцепилась в него впиваясь когтями, когда меня пытались забрать и уложить на больничную койку целители.
Я все еще слышала голос родителей и не смотря на тревогу и заботу, звучавшую в нем, я только сильнее утопала в боли и печали Лии и собственном страхе. И уже у целителей расплакалась как девчонка, я жалела себя ревя в подушку, какая я была глупая, теперь я плачу за всех, за родителей потерявших дочь, за их дочь, справившуюся со зверем ценой своей жизни, за себя такую какая я есть глупая и плаксивая, напуганная девчонка, попавшая в другой мир, но спасшая свою магическую близняшку. А в руках этого мага было тепло и спокойно, надежно и безопасно.
Я слышала смешки целителей мельком улавливала их удивленные взгляды на нас, а потом в моей голове зазвучал хохот брата и отца и смеющийся голос матушки:
– В руках самого сдержанного и сухого на эмоции мага трех королевств ледяная леди, не менее сдержанная, растаяла пробив оборону железного лорда. – Я лежала на больничной койке, лорд полусидел рядом. Одной рукой он крепко обнимал меня за плечи и поглаживал, а другую я нагло обнимала как дети обнимают любимую игрушку, цепляясь за нее как за спасительный круг утопающий, я нагло лежала головой на нем. Сквозь слезы я посмотрела на голубоглазого брюнета чья магия до сих пор меня грела, а руки обнимали, и он совсем не показался мне бесчувственным и сухим. Да, он не сказал ни слова, но я тоже светских бесед не вела. Но его глаза были наполнены тревогой и заботой, а он сам был рядом пока я не уснула, я чувствовала его самого, его запах и тепло его тела и магии…
