– А ещё, мне кажется, он к тебе неровно дышит, – последнее было сказано со смешком и вызвало легко проступивший румянец на моих щеках. Я почувствовала прилив тепла в этой области, а ещё неимоверный страх от того, что попросту не знала, что мне теперь делать. Я нравлюсь парню, с которым знакома минут пятнадцать и который мне уже не сильно-то приятен…
Кстати о нём… Он стоял неподалёку, но вдруг дёрнулся, решительными размашистыми шагами став приближаться к Денису со стороны его спины.
– Ты что несёшь, идиот?
В его словах и жестах ощущалась чётко выраженная ярость. Шольц вскочил со своего места, как ошпаренный, и внезапно кинулся наутёк, к мосту и ничего не понимающему Максу, оставив меня одну в этой нелепой ситуации и с нелепыми мыслями. Рома кинулся за ним следом, но был остановлен вставшей на пути маленькой, но смелой собачонкой со звонким голосом и острыми клыками. Было забавно видеть, как высокий аж попятился назад, хотя звучал лай Луны довольно убедительно. В результате злой, раскрасневшийся Рогожин тихонько ругнулся, посмотрев на спрятавшегося за спиной Макса неприятеля и мысленно, наверно, осыпав его дождём из множества проклятий.
Эта неделя будет тяжёлой.
******************
Устанавливая камеру, Тимур несколько раз поднимал и опускал штатив в поисках лучшего ракурса. Хоть это уже и являлось для него в большей степени привычным действием, сейчас же он заметно нервничал, закусывая губу и тыльной стороной ладони вытирая со лба проступивший пот. Когда техническая часть была подготовлена, оставалось только одно. Парень мельком взглянул на себя в зеркало. Тёмные волосы немного взъерошены, но ему идёт; серая футболка помялась лишь слегка, совсем незначительно, и вряд ли привлекла бы к себе много постороннего внимания. Мешки под глазами чуть заметны, но не станет же, в самом деле, Тимур замазывать их тональным кремом, как его девушка.
Можно начинать.
Глубокий вдох – глубокий выдох.
– Хай, подписчики! – он не особо сильно продумывал своё приветствие с аудиторией, выбрав более простой, хоть и немного банальный вариант приветствия. Это – работа летсплейщиков и бьюти-блогеров, а его контент вряд ли можно было бы назвать развлекательным. – С вами снова Timmy. И я… Честно говоря, я немного удивлён. Вы сделали это снова.
Он не хотел обвинять абсолютно всех своих подписчиков. Но он точно знал, что то, что сейчас происходит – результат деятельности кого-то из аудитории. Почему?
– Сначала Берта, потом Барон. Я думал, одного видео будет достаточно, но вчера нашёл у себя под дверью очередной ваш, дорогие подписчики, неожиданный подарок.
И тут осознание ударило ему в голову. Те люди, которые это сделали, явно не все два с половиной миллиона его подписчиков. Некоторые могут недопонимать, попросту не осознавать, к чему всё идёт. Тимур выключает камеру. Далее снимает со штатива, сам встаёт с прокрутившегося на колёсиках стула и направляется к выходу из комнаты.
Переноска с найденным котёнком находилась в ванной. Переноска, которая периодически использовалась и была общей для всех животных в доме. Тоненькое мяуканье доносилось из комнаты. Но когда Тимур открыл дверь, оно внезапно прекратилось. Лишь за решёткой виднелся единственный светившийся зелёным грустный и лишённый свободы глаз котёнка.
Розов присел на корточки и открыл дверь клетки. Малыш навострил ушки, но ничего не сделал и даже не зашипел. Он лежал на небольшой сложенной красной тряпочке, которую подстелила Окс, для максимально комфортного отдыха котёнка. Доставать его блогер не решился. Уж лучше достать камеру. Казалось, зверёк не был против неё, разве что лишь слегка сузил глазик от внезапного свечения.
– Котёнку на вид несколько месяцев. Как видите, он сейчас не в лучшем состоянии, – это было сильным преуменьшением. Парень вздрогнул, заметив, как на красной ткани выступали двигающиеся маленькие чёрные точки, в относительной близости от самого котёнка. Мелкие насекомые. – Блохи. Они повсюду, даже возле сгнившего глаза. Не знаю, сколько времени этот малыш провёл на улице, но состояние говорит само за себя, – он замолкает, чтобы неслышно сглотнуть. – С лечением животных, как и с лечением людей, затягивать нельзя.
Он вытащил камеру из отверстия переноски, больше не желая мучить несчастное страдающее животное. Послышалось мурчание, отчего Тимур временно растерялся. Конечно, он после смонтирует видео и вырежет всё лишнее, но всё-таки сейчас минутной растерянностью он оставляет себе только больше работы.
– Я хочу обратиться к тем, кто это делает, – он снова обращает камеру на себя, демонстрируя собственное, наполненное серьёзностью и усталостью лицо человека, утомившегося из раза в раз повторять одно и то же. – Может, таких человек несколько. Я не знаю, когда и при каких обстоятельствах они посмотрят это видео, если вообще посмотрят. Я просто хочу задать вопрос: зачем? Зачем вы подбрасываете мне животных?
Он так не хотел, так боялся сорваться на злость, так его страшил собственный голос… Боялся ярости, до которой всего-то шаг. Он должен сохранять маску.
