Помню как перепугался первый раз когда узнал что один из воспитателей оказался насильником педофилом и чуть не убил его, представляя что он тронул мышку, но слава богу оказалось ее тогда обошла беда стороной. Я бы не простил себе если бы не уберег ее. Хотя кого я обманываю, я, итак, подвел своего мышонка и тот день до сих пор у меня камнем на шее. Если бы не проклятые менты которые повязали меня и заперли на трое суток я был бы на территории детдома и уверен, что спас бы ее от того ублюдка. Но меня хоть грела мысль что он получил по заслугам и воспоминания как тот корчился перед смертью были мне бальзамом, хотя я знал что мышонку это не поможет никак. Такую травму тяжело пережить девушке, тем более такой невинной как она была. Но я верил что она сильная и обязательно справится с этим. Но на всякий случай держался неподалеку и присматривал за ней еще примерно с год.
Я помню как спустя три года увидел ее после своего отсутствия в несколько месяцев и замер, поглощенный таким диким желанием что решил уйти пока был в состоянии. Мышонок превратился в настоящую красавицу. Прям как гусеница перерождается в бабочку, так и она за какие-то несколько месяцев стала настоящей девушкой. Теперь уже я не мог относиться к ней как к младшей сестренке, как считал ее раньше. Сейчас я хотел ее как мужчина. И только пропасть между нашими мирами удерживала меня чтобы не утащить ее к себе в домик и не показать ей взрослый мир. Мой мир. Наверное надо было так поступить, я много раз представлял себе как это и сегодня я сказал ей правду что жалею об одном, что струсил и не познал ее ласки и тепла. А я уверен она бы мне его подарила безгранично много. Единственный поцелуй и вкус ее кожи я пронес через всю свою жизнь, когда как оказалось прощался с ней на долгие годы.
Я не поехала на работу после встречи, я просто была не в состоянии с кем-то разговаривать. Тем более о нем. Боже. Ворон. Нет Роман, он жив. Парень который можно сказать спас меня, мой ангел хранитель в том аду. Мне нужно все хорошо обдумать и понять что делать дальше. Написав Лене чтобы отменила все мои встречи я поехала прямиком домой. По дороге я поняла одно я не могу его посадит если есть шанс что он не виновен. Даже несмотря на улики, черт. Я ведь шла защищать людей и закон. И без исключений. Но, боже как трудно когда приходится делать выбор. Почему он сопротивляется помощи? Что он скрывает? Надо было его расспросить, но он навряд ли бы мне сказал. Он, итак, не слишком мягко намекнул чтобы я не лезла в его дела. Докатились, прокурору указывает обвиняемый в убийстве. Кому расскажи, ага, меня сразу уволят и еще посадят за пособничество. Мне нужна помощь. Достав телефон я посмотрела что за своими размышлениями я пропустила ужин и время уже близиться к восьми вечера. Набрав номер подруги я ждала когда она ответит.
– Сонь я тут только выползла из офиса, – простонала подруга, – Устала как собака и ни ела ничего с обеда.
– Ир приезжай ко мне, – и добавила, – Пожалуйста. Я тебя накормлю.
– Что случилось Сонь? – всполошилась Ирка, – У тебя голос похоронный.
– Ты почти угадала, – нервно рассмеялась я, – Я покойника сегодня встретила. Приезжай расскажу.
– Лечу, – бросила она, – Заехать купить что-нибудь в магазин?
– Все есть у меня, я пока приготовлю нам ужин, – сказала я поднимаясь и тащась на кухню.
Когда приехала Ирка у меня уже была готова лазанья из готовых листов и быстро размороженного фарша с добавлением трав и соуса. Из запасов я достала бутылку белого сухого и накрыла нам столик в гостиной перед электрическим камином.
– Вау у нас прям свидание, – присвистнула подруга и скинув обувь с сумкой в коридоре прошла в комнату. Я с салатом на подобии греческого вышла из кухни и уселась за столик где Ирка уже разливала вино.
– Повод есть, отпраздновать воскрешение человека, – отозвалась я.
– Так у меня уже нервы не выдерживают, – залпом выпив пол бокала произнесла подруга, – Рассказывай почему на тебе лица нет.
