Тор ещё долго стоял в одиночестве, в пустом тронном холле, и раздумывал на счет своего плана, на счет мнения отца. Возможно, Один поступает мудро, но совсем не действенно. Вначале ожидание врага, а затем - новая битва, где вновь будут погибать асы. Разве это справедливо? Нет. Тор все же намеревался воплотить свой план в жизнь, но каждая новая секунда раздумий все больше подталкивала его на то, что без помощи друзей ему не обойтись, но больше всего пугало то, что без помощи Локи он точно ничего не сделает…
Одинсон уже решил, что пойдет против воли отца, как в старые-добрые времена, только сейчас он все обдумал, все спланировал и взвесил, и очередной его подобный поступок вовсе нельзя назвать горячим, возможно, нельзя назвать и благоразумным, но точно можно назвать храбрым. На кону стоит целых две жизни, которые дороги Тору, ведь одну из тех, кого он так сильно любил, уже никогда не вернуть назад, и тому виной была именно война, вторжение. Очередного столкновения ас просто не может допустить. Он прекрасно знает, что за ослушание, за предательство, мало того - за освобождение навеки заключенного преступника он будет изгнан из Асгарда, а если план его провалится, то его и вовсе подвергнут смертной казни. Но пылкую душу не пугают эти расправы, он готов идти вперед, до своего последнего шага, который станет решающим.
Наступила поздняя ночь, её черные тени проскользнули с небес и укутали своими плащами золотой город. Небесный, ночной спутник показался над вершинами гор, проливая свой свет на раскидистые поля. В дали заблестели ясные звезды, их отражение всплывало на гладком, спокойном море, которое, вот уже несколько дней не являло своих волн, которое словно горевало вместе со всем Асгардом, переживая горькую утрату, оно, казалось, заснуло вместе со своими жителями. И только ветер тихими, воздушными шагами гулял по улицам, задевал своими невидимыми руками ветви деревьев, проходился ими по листве, по садовым цветам, кустарникам, и его мягкий шепот разносился в абсолютной тишине.
Народ находился в своих укрытиях, убаюканный ночью, и только воины всегда были настороже, не спускали глаз с горизонта, с небес, каждую минуту ждали наступления врага, который испытывал нервы своих противников, прячась совсем рядом, но не показывая своего злодейского носа.
Под покровом ночи, которая не забыла объять собою коридоры дворца Одина, из своих покоев вышла тонкая фигура, облаченная в меховой плащ с большим капюшоном. Она тихим шагом пробиралась сквозь темноту, разгоняя её горящим факелом, она боязливо оглядывалась по сторонам, чтобы вдруг не попасться на чужие глаза, она старалась ступать так же мягко, как ступают придворные дамы, к которым, она, увы, не относится. Она старалась не стучать доспехами, которые были сокрыты под длинным, стелившимся по полу плащом. Наконец она дошла до огромных резных дверей, прежде чем переступить порог комнаты, девушка ещё раз оглянулась по сторонам, отогнув край широкого капюшона, убедилась, что за ней не было слежки, а затем тихонько открыла дверь, которая не посмела скрипнуть.
-Все-таки ты не отличаешься от других девушек, Сиф, они опаздывают на свидание, а ты - на тайные переговоры, - ухмыляется Фандрал, опрокидывая кружку пива.
-В отличии от всех вас я всегда очень бдительно слежу за обстановкой, которая меня окружает, - ответила валькирия, скидывая с себя плащ, а факел убирая на специальную подставку.
-Тебя никто не видел? - осведомился Тор, уступая подруге место.
-Нет, будь уверен в этом.
-Ладно. Спасибо, что вы все пришли, - Тор уселся за стол посередине друзей.
-Теперь хотелось бы знать, зачем ты созвал нас в столь поздний час? - поинтересовался Вольштагг, уминая обжаренную баранью отбивную. Масло стекало по его каштановой бороде, и он утирал её своей огромной рукой.
-Я говорил с отцом, он считает, что нам нужно ждать, когда Малекит сам придет к нам в руки. Я же совсем другого мнения. Я хочу увести его и его войско в царство тьмы, и там разгромить их к Хель, - Тор поочередно осмотрел каждого из своих друзей, которые взирали на него ошеломленно и шокировано.
-Что ты выпил? - Сиф понюхала рядом стоящую с асом пустую кружку и саркастично согнула губы. -Ты хоть понимаешь, что за это следует изгнание?
-Да, понимаю. И, да, мне плевать на это. Я хочу спасти Джейн и Сигюн, я хочу спасти Асгард и все девять миров. Пусть потом меня за это изгонят, но я не отступлюсь, - решительно заявил громовержец.
-Как ты собираешься все это провернуть? Ведь, если я не ошибаюсь, Хаймдалль не оставит подобное без присмотра, и потом, тебе даже запрещено покидать дворец, как только выйдешь - тебя, как и твою невесту, тут же схватит стража, - предупредил Фандрал, вопросительно глядя на собеседника.
-Хаймдалль на моей стороне, он все сделает так, как должен делать, только слегка потянет время, чтобы мы успели уйти. А что касается стражи, пешком мы не пойдем, а в воздухе они нас вряд ли догонят. Сиф, ты поможешь мне? - Тор скосился на воительницу, которая задумчиво опустила глаза, а потом гордо подняла голову, вглядываясь в лицо друга.
