-Вы? - В глазах девушки полыхал страх, когда она увидела вошедшего преступника, каким-то странным образом сбежавшего из тюрьмы, хотя и закованного в наручники. Только когда следом за Локи вошел Тор, девушка немного успокоилась, но все же легкий шок спрятать не смогла.
-Ты служанка моей жены? - осведомился бывший принц.
-Да, - дрожащим голосом ответила Бирта, сжимая в своих руках белое одеяльце.
-Я тебя помню… - хрипло произнес Локи, наклоняя голову вбок, зелеными глазами осматривая комнату, будто видя её в первый раз. -Где мой сын?
-Он здесь, - Бирта осторожно взяла малыша из колыбельки, осторожно посадила его у себя на руках. Мальчик был спокойным, в маленьких ладошках держал тряпичную игрушку, похожую на фигуру лошади. Увидев своего сына, Локи поддался вперед, он старался шагать бесшумно, медленно, чтобы не напугать своего Нари, своего первенца, которого он наконец видит воочию. Маг подошел вплотную к девушке, что держала на руках Нари, взгляд его зеленых глаз не мог насмотреться на это маленькое чудо, которое подарила ему Сигюн. Ребенок увидел отца - тут же на его маленьких губах заиграла детская, радостная улыбка, он выронил из своих ладошек игрушку, потянул ручки к папе. Такой маленький, такой крохотный, а уже умеет узнавать, умеет различать, умеет помнить, чувствовать. Он не мог ни с кем спутать своего отца, который наделил его магией, наделил его своей кровью, но ещё не успел наделить своей отцовской лаской, любовью.
Бирта, увидев, как младенец тянется к Локи, машинально подошла к нему ещё ближе, чтобы у мальчика была возможность коснуться его. Взять на руки малыша трикстер не мог - мешают ненавистные цепи. Все, что оставалось ему, так это протянуть к нему связанные руки, поймать ими его кулачок, который оказался таким маленьким на его широкой ладони. Мальчик схватился за указательный палец отца, вновь улыбнулся, поднял свой ясный, немного хитрый взгляд на него, и Локи услышал смех, слетевший с его уст. В ответ он просто не мог сдержать улыбку.
-Я люблю тебя, сынок, - тихо, одними губами, произнес Локи, нагибаясь к малышу, целуя его в лохматую макушку. Он вдохнул сладкий запах его густых волос, зажмурил глаза, надеясь на свою стойкость, которая не посмеет дать хотя бы одной слезе слететь на бледную щеку. По прежнему обнимая ребенка скованными руками, Локи отстранился, посмотрел серьезным взглядом на Бирту, которая боялась дышать все эти мгновения.
-За его жизнь ты отвечаешь головой. В отсутствие моей жены я поручаю сына тебе. Комнату не покидать, пока все не утихнет, а двери ваши будут охранять, об этом я позабочусь, - его холодные глаза прожигали Бирту насквозь, оставляя в её памяти ясный отпечаток.
-Я поняла, - девушка кивнула, стараясь не глядеть в испытующие глаза колдуна. Когда Локи отпустил ручку малыша, сделал шаг назад, он увидел, как мальчик беспокойно изогнул губки, взволнованно смотря на удаляющегося отца, а потом и вовсе заплакал. Бирта начала успокаивать его, начала убаюкивать, крепче прижимать к себе, и Локи с трудом сдержался, чтобы не ринуться к сыну. Он должен уйти, должен…
За принцами закрылась дверь, змеи-стражники вновь опутали дверные ручки, тихо прошипели и исчезли от чужих глаз.
Дворцовые стены будто расступались в стороны, с обоих сторон ввысь тянулись высокие колонны, в огромные окна бил солнечный свет, оставляя на золотом полу лучистые дорожки. Коридоры были пусты и тихи, казалось, словно здесь и вовсе никто не жил. Однако Тор был настороже каждую минуту, он бдительно смотрел по сторонам, выискивая грозным взглядом стражников, которые могли бы преградить им путь или доложить Одину о том, что его сын выпустил из тюрьмы приговоренного к вечному заключению.
Локи шел на одном шаге с братом, то и дело подшучивая над ним, тем самым показывая свое спокойствие, уверенность и при этом закрывая страх, опасение, злость. В груди его волнительно билось ледяное сердце… Да, оно снова стало глыбой льда, когда Локи покинул свой чертог, где находился его маленький сын, лишь его улыбка смогла подарить такой долгожданный кусочек тепла сердцу трикстера. Он постоянно повторял про себя имя супруги, не мог думать ни о чем, кроме неё, кроме её спасения. Внутренний голос, пропитанный ядовитой яростью, проклинал и винил во всем смертную невесту брата, из-за которой все это началось, по сути, из-за которой Локи лишился единственного человека, которого он действительно считал родным. Как же колдуну хотелось самолично вручить Малекиту эту девку, чтобы увидеть, как темный эльф сделает с ней то, чего очень давно желает сделать трикстер. Он не ощущал связи с супругой, и это пугало его до дрожи в коленях. Она его не слышит… Её дыхание словно из далекой чащи зовет его, и Локи идет на него, хватается за него, как за канат, висящий над пропастью. “Все будет хорошо, родная.”, - повторяет он, незаметно сжимая руки в кулаки.
