-Папа, - девушка тихо прошептала это слово, и сразу же повеяло давно утерянным в прошлом детством. Дева хотела было подняться с постели, но отец опередил, почти подбежал к дочери, крепко обнял её, и ванка, прижавшись к нему, зарывшись лицом в его одежду, почувствовала запах океана, своего старого приятеля, с которым провела все свое детство.
-Ты не представляешь, как я скучал по тебе, - нежно улыбаясь, говорил Ньёрд.
-Почему тебя так долго не было? - наивно, как когда она была маленькой, спросила Сигюн. Как бы ей снова сейчас хотелось стать девочкой, крохотной, как бы хотелось бежать по пляжу, встречая колесницу отца, прыгая к нему в объятия, забираясь к нему на руки. Она словно сейчас увидела свое прошлое, когда спрыгивала с маминых рук, со всех ног неслась к отцу, и он крепко-крепко обнимал её, вот как сейчас.
-Прости, дочка, я не мог выбраться все это время, в государстве образовался полнейший переполох, я еле смог вырваться в Асгард. Прости, - каялся царь, удерживая ладонь дочери в своих руках.
-Какое может быть государство, если тебе сообщают, что твоя жена погибла? - с укором девушка смотрела на короля, в её голубых глазах показались слезы, когда она вспомнила о матери.
-Сигюн, у меня нет слов для оправданий, да и никакие оправдания не загладят мою вину и не спрячут её. Я виноват перед тобой, виноват перед моей супругой - твоей мамой, я не знаю, что ответить тебе, дитя мое, - Ньёрд понурил голову, чтобы спрятать стыд в своих глазах, стыд перед дочерью, стыд за осознание того, что он плохой муж и отец в своей семье. В государстве его любят, ценят, уважают, так же как и в других мирах, он заполучил титул морского владыки, но совсем при этом забыл о титуле обычного семьянина.
-Я не сержусь, папа. Как хорошо, что ты приехал, - Сигюн вновь припала к груди отца, обняла его за плечи, закрыла глаза, позволяя жгучим слезам бесконечно литься по её щекам, стекать к её шее, попадать под ткань сорочки и заставлять мурашки пробирать все тело.
-Мне так не хватает её, отец, - шепчет Сигюн, и царь понимает, о ком толкует дочь. Ему не менее больно осознавать, что супруги его больше нет.
-Мне тоже, Сигюн. Но мы должны жить дальше, девочка, - отвечает мужчина, утешая дочку в своих объятиях.
-Папа, прошу, не уезжай подольше, - слезно умоляла Сигюн, а Ньёрд же не знал, как сказать дочери, что уже завтра он возвращается обратно, его спасет только если девушка захочет вернуться вместе с ним. Царь решил не откладывать неизбежное, все равно ему придется сказать об этом, придется разочаровать дочь или наоборот - обрадовать.
-Сигюн, я должен сообщить, что завтра мне предстоит уйти в Ванахейм, обратно. - От его слов девушка в его объятиях замерла, потом отстранилась, взглянула заплаканными глазами.
-Как? - она еле смогла выговорить этот простой вопрос. В голове её не укладывалось, что он вновь спешит покинуть её. Спустя столько времени ничего не меняется, даже после всего, что случилось, Ньёрд продолжает ставить на первое место свое правление. -Папа, но… как ты так можешь?
-Сигюн, я ничего не могу поделать, - Ньёрд не мог видеть дочь такой, и он в какой-то миг забыл о словах Всеотца о наследии, а вернее - ему стало плевать на них. Он хочет забрать свою дочь в Ванахейм вместе с внуком, хочет попытаться все исправить. -Дочка, возвращайся домой вместе со мной. Я заберу тебя и моего внука Нари в Ванахейм, и мы уйдем прямо сегодня.
Сигюн еле заметно покачала головой, облокотилась на подушки, пристально глядя на отца.
-Нет, папа. Я не могу уйти, - тихо молвит она, но в её взгляде Ньёрд не видит обреченности, от чего все больше перестает понимать свою дочь. Что же держит её здесь теперь?
-Почему же? Здесь тебя каждый день будут преследовать воспоминания о Локи, тебе будет больнее, чем сейчас, - досадно сказал царь.
-А там будут воспоминания о маме, - ответила девушка.
-Там ты не будешь одинока…
-Я и здесь не буду одинока. У меня есть Нари, - прервала дочь. -Отец, я хочу остаться в Асгарде, за долгое время он стал мне родным домом, но это совсем не значит, что я забыла Ванахейм, просто я уже привыкла спать в этой комнате, гулять по этим улицам и, даже держась за руку с одиночеством, я не чувствую, что я одинока. Я хочу, чтобы мой сын жил и рос там же, где жил его отец, я хочу, чтобы он знал о Локи, помнил о нем. Я очень давно дала себе обещание, что ни за что не покину Асгард, не оставлю его, и я не могу нарушить это обещание.
-Значит, ты остаешься? - спрашивает Ньёрд, надеясь, что дочь все же передумает.
-Да, - кивает она, смахивая с щек остатки слез. -Я остаюсь. И, надеюсь, ты не будешь заставлять меня уговорами или силой вернуться в Ванахейм.
