-Мама мне рассказала, что с тобой происходит, Вали. Я имею ввиду тот мороз, что ты ощущаешь внутри, - тихо ответил царь. -Ты должен знать, что все это не просто, и объяснить тебе все это будет трудно, и, я допускаю, что с первого раза ты не все поймешь и усвоишь, но это необходимо. Я покажу тебе кое-что, - Локи взял ребенка за руку. Вали теперь заметно волновался - его все же пугал этот непонятный холод, пугала эта боль в груди, и ночью сегодня ему было страшно и больно, и казалось ему, что мучительнее, чем ощущения этой мощной, ледяной силы, не может быть ничего. Снова же сейчас рядом с отцом он старается перебороть в себе страх, он знает, что рядом с ним он в безопасности, что ничего не случится плохого.
Проходя мимо возвышения, где стоял Хаймдалль и уже отворил проход меж мирами, Локи взглядом подозвал стража к себе. Тот незамедлительно спустился.
-Я был у Тора. Сегодня вечером он явится, и если до этого времени я не вернусь, сопроводи его во дворец, но помни: все разговоры о войне и угрозе упрятать и не делать даже малейшего намека. Паника среди народа мне не нужна, - говорил Локи твердо, но тихо, чтобы Вали вдруг не расслышал. После краткого кивка головой Хаймдалль молчаливо поднялся обратно на возвышение, а Локи и Вали уже вошли в воронку моста.
За какие-то секунды Бифрост доставил царя и его малолетнего сына в мир ледяных великанов. Как только дымка, созданная порталом, исчезла, перед глазами мальчика предстала вечная зима, взмахивающая метелью, как плащом. Кругом были скалы и горы, пещеры и камни, льды и огромные сугробы. На небе светила неустанно яркая луна, от которой белый снег блестел и переливался, словно это был не снег, а множество рассыпанных драгоценностей. Ветер здесь был тихим, но безумно холодным, он иногда дул прямо в лицо, неся хлопья снежинок на щеки, отчего их немного жгло. Хотя Вали не ощущал практически ничего в этом мире - ни холода, ни ветра, ни мороза - он все же поправил широкий ворот своего плаща, дабы закрыть шею. Тишину разрезало дыхание ветра, свистящее и жутковатое, а позже к нему присоединились тяжелые шаги и хруст снега.
Спустя несколько минут Вали увидел на своем пути огромного ётуна, что не спеша направлялся к ним и сверлил мальчика взглядом красных, устрашающих глаз. Локисон попятился назад, откровенно пугаясь столь огромных размеров ётуна - впервые в жизни он видит его так близко. Спрятавшись за спину отца, он с опаской и интересом поглядывал на жителя холодного мира.
-Приветствую, Гор, - произнес Локи, а после обратился к сыну: -Не бойся, он не опасен.
-Мой царь, юный принц, - великан опустился на одно колено перед правителем.
-Изволь величать его принцем Ётунхейма, Гор, трон после меня займет в вашем мире именно он, Вали.
Тут же исправившись, все также отдавая поклон, Гор поинтересовался, зачем царь снизошел к ним, есть ли угроза или намек на скорую атаку.
-Я пришел сюда по личным делам. Ты, кстати говоря, сегодня к ночи должен прибыть в Асгард для переговоров. А пока можешь быть свободен, - Локи махнул рукой куда-то в сторону, показывая своему поданному, что больше не желает его видеть. Гор повиновался, повернулся спиной и быстро скрылся из вида. Вали теперь мог вздохнуть легко.
-Издалека они кажутся намного меньше, - сказал малыш, глядя вслед удаляющемуся Гору.
-Запомни, сын: они никогда не посмеют сделать тебе больно. Боятся их не стоит, - Локи приобнял мальчика за плечо.
-Здесь очень красиво, - Вали теперь оглядывался вокруг. Лунный свет падал на его черные волосы, и они блестели, словно серебро. Снежинки покрыли ворот его плаща и черные волосы, а ноги его утопали в сугробах, но, несмотря на такую неблагоприятность, Ётунхейм казался мальчику чем-то невероятным и необычным, даже чем-то родным.
-Ты, должно быть, сильно испугался ночью, малыш, когда тебе стало больно. - Локи сел перед сыном, а тот грустно опустил глаза.
-Да, я испугался сначала, особенно, когда моя рука стала синей, как и лицо. Папа, это какая-то болезнь? - Вали был готов принять любой ответ, он нисколько не страшился правды, какой бы в итоге она не была.
-Нет, сын, это вовсе не болезнь. Ты абсолютно здоров. Я покажу тебе кое-что, смотри, - Локи протянул к мальчику свою ладонь, и Вали увидел, как за секунды кожа на руке отца начала стремительно синеть, ногти покрылись коркой льда, вены вздулись, а длинные пальцы обрисовал странный узор. От увиденного у Локисона расширились глаза, а когда он взглянул на лицо отца, он и вовсе потерял дар своей ещё совсем небогатой и детской речи. Лицо колдуна тоже окрасилось в синий, ледяной цвет, глаза его наполнились кровью, зрачки стали черны как ночное небо над головой, и маленькому Вали уже было несложно догадаться, кем был его отец.
-Папа, ты ледяной великан?.. - тихим и пугливым шепотом произнес он, разглядывая лицо отца с любопытством и неким страхом, закравшимся в его душу.
-Во мне живет ётун, сын, как и в тебе. Он передался тебе с самого рождения. То, что ты ощущаешь внутри, и есть твоя сущность. Возьми мою руку, Вали, и ты увидишь.
