В голове девушки тут же вспомнились слова Тристана о том, что он «никогда ее не обидит». Однако, может она и сошла с ума, но ей хотелось верить Лэнгдону. Возможно, от отчаянного желания доверять хоть кому-то в этой жизни, пускай и такому странному человеку, как он. Лэнгдон уже ни раз приходил ей на помощь, когда она успевала потерять всякую надежду. Как ангел-хранитель, что неотступно следовал за ней по пятам и помогал несмотря ни на что.
Мэллори молча взглянула на него. Мужчина лежал на спине, уставившись в потолок усталым и каким-то замученным взглядом. И девушка опять почувствовала внутри порыв, что тянул прикоснуться к нему. Да что с ней такое творится?
Глубоко вздохнув, Лэнгдон взмахнул рукой и дверь комнаты открылась.
— Иди в комнату для гостей, — тихо сказал он, глядя на свечу, что вот-вот должна была догореть и погаснуть.
Он не хотел, чтобы она уходила. Но мысль, что она находится рядом с ним лишь потому, что у нее нет выбора, сейчас казалось ему отвратительной. Странно, раньше его это никогда не смущало.
Мэллори молча смотрела в черноту, что виднелась за открытой дверью. Она могла уйти в любой момент, но что-то не давало ей этого сделать.
— А я могу остаться здесь? — еле слышно спросила девушка, стискивая в руках край одеяла.
Лэнгдон растерянно взглянул на нее, но не успел ничего сказать, потому что Мэллори неожиданно склонилась над ним прижимаясь к губам неловким поцелуем.
Он вздрогнул так, словно ему сделали больно и девушка, почувствовав это, испуганно отстранилась, глядя на него своими огромными глазами.
Мужчина смотрел на нее снизу вверх и выглядел совершенно сбитым с толку. Мэллори сидела перед ним, осторожно касаясь рукой его груди, что нервно вздымалась от тяжелого дыхания. В ее взгляде не было отвращения, злости или жалости, которые он ожидал увидеть. Она смотрела на Лэнгдона незнакомым ему взглядом, который ему еще не приходилось видеть раньше. По крайней мере, не в свой адрес.
Прерывисто вздохнув, девушка снова склонилась над ним. Ее мягкие теплые губы прикасались так осторожно, словно она боялась его как-то поранить. Он коснулся рукой щеки Мэллори и отвел прядь ее волос, заправляя за ухо. Лэнгдон не хотел вмешиваться и перехватывать инициативу. Этот робкий, неумелый и испуганный поцелуй, с которым она пришла к нему сама, а не из-под палки, тронул его до глубины души.
Огонек свечи затонул в горячем воске и комната погрузилась в темноту.
========== 18 ==========
Луна спряталась за темным облаком, и спальня погрузилась в кромешную темноту. Были слышны только тихое шуршание простыней и тяжелое прерывистое дыхание.
Лэнгдон не ждал, что за поцелуем Мэллори последует что-то большее и не собирался сейчас на этом настаивать. В этот раз ему не хотелось принуждать ее к чему-то, хотя ниже пояса у него внутри уже все узлом сворачивалось.
Мужчину радовало, что в темноте комнаты девушка не могла видеть всей гаммы эмоций, что пробегала по его лицу. Скорей всего, ее бы это напугало, а вместе с тем, вызвало жалость к нему. Но Лэнгдон не хотел, чтобы его жалели, особенно, чтобы жалела она. Он боялся показаться слабым в глазах Мэллори. Уж пусть лучше считает его сволочью, чем будет нянчится с ним, как с больным и ущербным.
Майкл чувствовал, что скромный поцелуй девушки становится более настойчивым, отчего жар по телу потек еще сильнее. Девчонка ввязалась в опасную для себя авантюру. В конце концов, Лэнгдон не священник и не святой, чтобы вот так накидываться на него посреди ночи, а потом просто уйти.
И тут Мэллори неожиданно дернулась в сторону и навалилась на него сверху, причем, не совсем удачно.
Девушка испуганно вздрогнула, когда Лэнгдон вдруг издал болезненный стон.
— Что? — растерянно спросила она.
— Ты из меня так евнуха сделаешь, — тихо сказал мужчина, когда Мэллори придавила его в самых чувствительных местах.
Хоть в темноте было и не видно, но девушка сильно покраснела и тут же попыталась перекатиться обратно, при этом случайно пиная его локтями и коленями еще больше.
Из груди Лэнгдона вырвался нервный сдавленный смех.
— Так, тихо-тихо-тихо… — сказал он, перехватывая Мэллори, укладывая ее на спину и опускаясь сверху.
Со своими пока скромными познаниями в мужской анатомии, девушке опасно было доверять полную инициативу в действиях.
Как только он оказался сверху, ее прохладные ладони робким движением пробрались к нему под рубашку, касаясь кожи на спине. Шумно вздохнув, Лэнгдон прижался к ее губам, чувствуя, как руки Мэллори поползли вверх, задирая рубашку все выше. Его спина, пожалуй, раньше не знала настолько нежных прикосновений и он непроизвольно вздрагивал от них.
Опустив руку вниз, Лэнгдон дотронулся до согнутой коленки девушки и чувственно провел ладонью по бедру, цепляя ткань ее ночной сорочки и поднимая подол наверх. Неожиданно Мэллори вдруг обвилась ногами вокруг его талии, притягивая мужчину еще ближе к себе.
Если до этого момента Лэнгдон еще как-то держался, то сейчас его терпение лопнуло. Судорожно схватившись за край сорочки Мэллори, он разорвал ее пополам одним резким движением.
