С. 748. – Настали совершенно безрадостные дни. Роман был написан, больше делать было нечего, и мы оба жили тем, что сидели на коврике на по лу у печки и смотрели в огонь. – Вся история знакомства мастера и Алоизия Могарыча была перечеркнута Булгаковым (или Еленой Сергеевной по его просьбе) красным карандашом, а новый вариант этого эпизода так и не был впи сан, поскольку это произошло во время последней стадии болезни писателя. Бул гаков не имел уже сил ни писать, ни диктовать. 5 марта 1940 г. Е.С.Булгакова за писала в дневнике: «Приход Фадеева. Разговор продолжался сколько мог. Мне: "Он мне друг". Сергею Ермолинскому: "Предал он меня или не предал? Нет, не предал? Нет, не предал Г В описании знакомства с Могарычем было много де талей, указывавших на реальное знакомство Булгакова с его другом драматургом Сергеем Александровичем Ермолинским. Очевидно, в последние дни жизни Булгаков отказался от подозрений против Ермолинского, но уже не смог напи сать новую историю Могарыча. В беседе с литературоведом С.Н.Семаковым в 1969 г. Елена Сергеевна повторила этот предсмертный вопрос Булгакова: «Друг ли Ермолинский?» Впоследствии Е.С.Булгакова не стала восстанавливать текст о Могарыче, хотя ряд других зачеркнутых мест восстановила. В оконча тельной редакции она дала следующий текст из более ранней, второй полной рукописной редакции: «-Настали безрадостные осенние дни, – продолжал гость, – чудовищная неудача с этим романом как бы вынула у меня часть души. По существу говоря, мне больше нечего было делать, и жил я от свидания к сви данию. И вот в это время случилось что-то со мною. Черт знает что, в чем Стра винский, наверное, давно бы уже разобрался. Именно, нашла на меня тоска, и появились какие-то предчувствия». По всей вероятности, Е.С.Булгакова не хо тела публиковать историю Могарыча, чтобы не ставить в неудобное положение С.А.Ермолинского. 17 ноября 1967 г. она записала в дневнике свой разговор с Ер молинским по поводу его воспоминаний о Булгакове: «Если ты хочешь, чтобы я приняла твою статью целиком, переведи прямую речь Миши в косвенную. Ты не передаешь его интонации, его манеры, его слова. Я слышу, как говорит Ермолин ский, но не Булгаков. И, говоря откровенно, мне определенно не нравятся две сцены, одна – это разговор (якобы ты журналист), а вторая – игра в палешан». Здесь имелся в виду, в частности, эпизод в мемуарах Ермолинского, где он берет шуточное интервью у Булгакова под видом журналиста. А Могарыч в романе на зван журналистом (подробнее см.: С о к о л о в Б.В. Расшифрованный Булгаков: Тайны «Мастера и Маргариты». М., 2005. С. 167-182). По всей видимости, наибо лее оправданным текстологическим решением является включение эпизода с Могарычем в условно-канонический текст романа. Ведь Булгаков собирался на делить этого героя биографией, а это – единственный сохранившийся вариант ее. Впервые он был включен в текст романа, изданный в 1973 г., и затем присутст вовал во всех изданиях романа вплоть до 1989 г.
С. 920…поглядел в лицо Воланду прямо и смело. – После этих слов в первом экземпляре машинописи дальнейший текст со слов «Тут вдалеке за городом…» и кончая словами «а Воланд – на правой» изъят кем-то (оторвано пол-листа), а во втором экземпляре он, к счастью, сохранился. И в настоящем издании впервые восстанавливается подлинный текст романа.
Текста же, вписанного позже Е.С.Булгаковой в окончательную редакцию и затем публиковавшегося во всех изданиях «Мастера и Маргариты»:
«И тогда над горами прокатился, как трубный голос, страшный голос Воланда:
– Пора! – и резкий свист и хохот Бегемота.
Кони рванулись, и всадники поднялись вверх и поскакали», – ни в одном экземпляре машинописи нет. Понятно, что эта позднейшая вставка имела вы нужденный, цензурный характер, поскольку Воланд у Булгакова одобрительно отзывался о деятельности Сталина – сатана хвалил генсека! Что не осталось не замечено первыми слушателями романа. Е.С.Булгакова записала в дневнике 15 мая 1939 г., на следующий день после завершения чтения романа Булгако вым друзьям: «Последние главы слушали, почему-то закоченев. Все их испуга ло. Паша (П.А.Марков. – В.Л.) в коридоре меня испуганно уверял, что ни в ко ем случае подавать нельзя – ужасные последствия могут быть…»
…он отдается с легким сердцем в руки смерти, зная, что только она од на… – Писатель не закончил эту фразу, или, быть может, Елена Сергеевна ее не дописала во время диктовки текста. Во всяком случае, при подготовке оконча тельной редакции Елена Сергеевна закончила фразу так: «…только она одна ус покоит его».
С. 922…сидящий был глух или слишком погружен в размышление. – Булгаков при работе над заключительными главами романа использовал уже упоминавшиеся легенды о пятом прокураторе Иудеи. Приведем некоторые фрагменты из легенды «Понтий Пилат», рассказывающие о страданиях быв шего прокуратора в период его пребывания в Галлии (в Альпах):
