«Стрелы, – вдруг догадалась Сесилия. – Он делает стрелы. Какое странное хобби! Странное и красивое. Древнее мужское занятие».
Она нередко думала, чем занимался в свободное время Рамзи – человек, лишенный пороков.
Теперь Сесилия это знала, но ей хотелось узнать о Рамзи как можно больше. Хотелось узнать о нем все. Насколько она поняла, именно здесь, в шотландской глубинке, находилась его родина. Здесь он вырос и сформировался как личность. Но с какой целью он привез ее сюда? Чтобы игнорировать? Может, они с Рамзи до сих пор враги?
Съев все, что было в миске, Сесилия задумалась. И теперь она окончательно поняла, что больше не в силах выносить его молчание, его безразличие.
– У тебя хороший дом, – неуверенно проговорила она.
Рамзи фыркнул. Этот звук можно было бы принять за смех, не будь в нем столько сарказма.
– У тебя нет необходимости быть доброй и любезной, – пробурчал он, рассматривая свою стрелу.
Такой ответ озадачил Сесилию. Озадачил и обеспокоил.
– Я вовсе не добрая. Я действительно люблю тишину и предпочитаю маленькие уютные домики роскошным дворцам. И еще я бы хотела побродить по окрестностям.
Тут Рамзи наконец поднял голову и внимательно посмотрел на нее.
– Только не ходи без меня в лес или на болота. Здесь есть участки трясины. Опасно. Можно заблудиться… или и того хуже.
– Хорошо, не пойду, – пообещала Сесилия. Она не стала говорить, что местность вовсе не кажется болотистой. И действительно, вокруг было больше пастбищ и пахотных земель, чем болот.
Но, конечно же, ей лучше оставаться в доме – так Рамзи будет легче обеспечивать ее безопасность. Однако… Ох, если Сесилия будет сидеть взаперти при его нынешнем настрое, то наверняка свихнется.
Может, они смогут хотя бы водить Фебу гулять к небольшой запруде, которую она заметила на реке?
Интересно, плавал ли Рамзи в пруду, когда был ребенком? Каким было его детство? Определенно несчастливым и беззаботным. Иначе он бы не вырос таким.
Внезапно Рамзи вскочил на ноги. Вскочил так резко, что даже испугал Сесилию.
– Ты уже поела? – рыкнул он, указав на ее пустую миску.
– Да, – кивнула она.
Рамзи же схватил миску и понес ее к ведру, стоявшему под старым водяным насосом.
– Было очень вкусно, спасибо. Позволь, я помогу тебе помыть посуду, – предложила Сесилия. – Я же должна что‑то делать по дому.
– Нет. – Он оставил грязную посуду и направился к аккуратному штабелю свертков и коробок у двери. – Только после десерта.
– Будет еще десерт?! – встрепенулась Сесилия.
Она не могла не любоваться могучей фигурой шотландца, пожалуй, даже массивной, но двигался он при этом легко и грациозно.
Склонившись над свертками, Рамзи отложил их в сторону и взял маленькую коробочку, перевязанную лентой, а также бутылку вполне узнаваемой формы.
Сесилия прикусила губу, едва скрывая дрожь нетерпения.
«Не может быть!» – мысленно воскликнула она.
Коробочка с мягким стуком упала на стол прямо перед ней.
– Ты однажды сказала, что не мыслишь своей жизни без трюфелей и вина, – пояснил Рамзи.
Сесилия расплылась в улыбке. Будь она спаниелем, наверняка завиляла бы хвостом.
Рамзи на мгновение замер и побледнел. А она изо всех сил старалась не совершить… чего‑нибудь неподобающего. Ей очень хотелось вскочить и расцеловать великолепного шотландца в обе щеки. И это желание было таким сильным, что она едва сдерживалась.
– А я думала, что ты осуждаешь мою склонность к излишествам.
Рамзи покосился на нее мрачным взглядом, которого она не заметила, поскольку в этот момент развязывала ленточки на угощении.
– Мне хотелось немного скрасить твое пребывание здесь, – сказал он вполголоса.
– Шоколад и вино могут даже ад превратить в сущий рай, – заявила Сесилия. Вонзив зубы в темный восхитительный десерт, она застонала от удовольствия. Она смаковала любимое лакомство, закрыв глаза и, казалось, забыла обо всем на свете. – Знаешь, ты должен попробовать один трюфель. Или пять. Они выше всяких похвал.
Громкий хлопок вылетевшей из бутылки пробки заставил ее подпрыгнуть на стуле. Сесилия прикрыла рукой рот на случай если ее зубы испачканы шоколадом, и радостно засмеялась.
Но Рамзи не улыбнулся в ответ. Напротив, сохраняя на лице весьма мрачное выражение, он крепко сжимал горлышко бутыли – казалось, вот‑вот раздавит.
– Я только сейчас понял, что у меня здесь нет винных бокалов. И даже пивных кружек нет. – Рамзи указал на пустую полку, на которой раньше стояли миски и одна тарелка, использованные для ужина. – Боюсь, тебе придется пить из бутылки.
– Пить из бутылки? Какое скандальное поведение! Как ты это вынесешь? – Сесилия взяла у него бутылку и вдохнула запах, чтобы оценить букет. Сладкий виноград с нотками вереска и мирта… Вино молодое, но какая разница?
– Сегодня будем пить, как самые обычные люди, которыми мы и родились, – сказала она нарочитым простонародным говором и отсалютовала Рамзи бутылкой. Потом поднесла горлышко к губам и запрокинула голову.
