Мой бывший одноклассник полностью

Лиля вынула из сумки небольшую колонку, и подключила её к своему смартфону.

"Фиолетово — лиловый, Розовый и покрасней, Все они всплывают снова, В женской памяти моей.

- Мои х@ииии... — пел нежный голос Алисы Вокс.

Я не помню, как их звали, Лиц не помню, ни имен, Вижу я за далью дали, Жизнь моя, как сладкий сон..."

— Мои х@ииииии, — затянула Лилька вместе с певицей. — Ну как? — она сделала музыку потише.

— Жизненно! — хохотала я в голос.

— Признавайся, ты все свои х@и помнишь? Хотя кого я спрашиваю? Хаха! У тебя же их всего двое было — Артурчик и Дениска — редиска... ой.. упс... ещё и Буткевичус! Как я могла про него забыть?! Ну — ка, колись, Петрова, какой у него? Лиловый или розовый? Ааааа?

— Лучше бы ты про него и не вспоминала! Договорились же! — я почувствовала как краска стыда начинала заливать моё лицо.

— Да, ладно, подружка! Всё, что было в Вегасе — остаётся в Вегасе. Ну так? Какой? Колись! Я вся во внимании!

Вино меня приятно расслабило, и я решила поддаться на Лилькины уговоры.

— Почти не помню какой... тогда всё так быстро случилось... кажется, розовый... А вот у Дениса...

— Фу! Петрова! Я не спрашивала тебя про член твоего питекантропа!

— Ну тогда и нечего вообще было меня расспрашивать! Ты свои — то все помнишь?!

Своим нескромным вопросом, Лилька невольно разбередила мои воспоминания, а тунисское море напомнило о совсем другом море...

Рано утром я лежала на самом краю пустого понтона, который плавно покачивался на волнах. Его лёгкие движения и ласковое солнце приятно меня убаюкивали. Я закрыла глаза, проваливаясь в сладкую дремоту...

...Я продираюсь сквозь густые колючие заросли, я знаю, что если остановлюсь — меня настигнет тот, кто громко дыша, бежит за мной по пятам. Животный страх сковывает движения, тем не менее, именно он заставляет бежать дальше. Но внезапно спотыкаюсь и падаю навзничь. Меня трясёт от ужаса, когда сильные руки поднимают меня и прижимают к твёрдому мужскому телу. Но ужас быстро сменяется диким желанием, когда я узнаю горящие страстью карие глаза. Я тянусь губами навстречу жаждущему рту и...

Я очнулась от того, что кто — то скинул меня в воду. Вынырнув, прокашлявшись, я заорала на вовсю хохотавшую подругу:

— Мондрус, совсем обалдела?! Я же спала!

Позже мы расположились на шезлонгах. Я погрузилась в чтение привезённой с собой книги и вздрогнула, когда Лиля громко воскликнула.

— Божееее, Окс! Взгляни туда! Кто это? Неужто сами боги спустились с древнего олимпа? — она взметнула рукой, показывая на четырёх парней внушительного вида, только что пришедших на пляж. Их атлетические спортивные фигуры и высокий рост привлёк не только наше внимание. — По — любому, — либо американцы, либо — австралийцы, но скорее всего — вторые, я в этом разбираюсь. А не пойти ли мне прогуляться? — Лиля взглянула на меня и заговорчески подмигнув, с лёгкостью пантеры вскочила с шезлонга. Её глаза горели, ноздри раздувались.

Я расхохоталась.

— Посмотрите — ка на неё, хищница вышла на охоту!

Лиля повернулась ко мне спиной.

— Ну, как моя малышка, ничего? — спросила она, имея ввиду, конечно же, свою попу, которой жутко гордилась.

— Красотка твоя малышка, — рассмеялась я в ответ, легонько шлёпнув её по ягодицам.

Лиля ловко подкатала плавки своего бикини, превращая их в стринги.

— Ну, всё, я пошла на абордаж. Учись, детка!

И откровенно виляя бёдрами и крутя головой так, чтобы волосы разлетались по плечам, она неспешно подошла к парням. Пляжные красавцы разом перестали разговаривать между собой и уставились на неё. Лиля откровенно флиртовала, задавая на английском языке простые, ничего не значащие вопросы, она задорно смеялась и даже кокетливо дотронулась до плеча одного из самых высоких парней. Наконец, она развернулась и направилась обратно в мою сторону, не забывая при этом соблазнительно крутить бёдрами.

— Божеееее, — протянула подруга закатив глаза и плюхаясь на свой шезлонг. — Я сейчас стооооолько тестостерона разом хапнула, ты не представляешь, даже в качалке такого никогда не было! Ты тоже должна подойти к ним и познакомиться!

— Ну уж нет! Пусть сами подходят и знакомятся, если им так надо, — возмутилась я.