Я вырывалась, как могла сопротивлялась, но он был сильнее, гораздо сильнее. Наконец, не в силах больше бороться, я обмякла в его руках. Буткевичус неистово целовал моё лицо, мою шею, грудь, с рычанием покусывал соски и тёрся о них своей щетиной. Я чувствовала, что начинала улетать, но уже не от страха, а от наслаждения... Подхватив меня под ягодицы, он заставил обхватить ногами его бёдра. Отодвинув трусики бикини в сторону, он резко вошёл в меня. Я охнула от такого внезапного яростного вторжения. Я обняла ствол дерева руками, к которому он прижимал меня, и закрыла глаза. Адреналин хлестал по венам, в сто крат усиливая желание. Мозги отключились напрочь. Лишь единственная мысль слабым мотыльком билась сквозь моё затуманенное сознание:
«Надо всё это немедленно, немедленно остановить!»
Мой бывший одноклассник жёстко имел меня, а я громко стонала и извивалась. Кора дерева сильно царапала чувствительную после загара кожу спины, но я не чувствовала боль, полностью отдавшись запретному наслаждению.
— Посмотри на меня! — хриплым голосом приказал Сашка.
Я открыла глаза и провалилась в горящий огонь его карих глаз. Мощный оргазм сотряс всё моё тело, и я протяжно выдохнула, откинув голову назад. Следом, и он, громко вскрикнул, несколько раз содрогнулся и замер. Он уткнулся в моё плечо, восстанавливая дыхание. Через какое — то время Буткевичус отпустил меня, и я сползла вниз на землю.
Шок — вот, что я испытала, когда до меня дошло, что сейчас только что случилось. Как я могла так потерять голову?! Это ведь Сашка! Мой друг детства! Я боялась поднять голову и посмотреть на него. Волна жуткого стыда накрыла с головой. Меня затошнило.
Откуда — то издали послышались голоса, и через минуту к нам подбежали Наташа и Максим.
— Вы как?! Мы видели, как вы карабкались на утёс и сразу же побежали на помощь!
— Всё хорошо, — ровным тоном ответил Буткевичус.
Ребята странно переглянулись между собой, и я была уверена, что они всё поняли. Наташа подошла ко мне и, протянув руку, помогла подняться. Всё то время, пока мы шли обратно, Буткевичус о чём — то непринуждённо болтал с Максимом, я же, напротив, не могла выдавить из себя ни слова, шла понуро опустив голову, словно неживая. Когда вернулись в лагерь, я обратилась к Наташе, старательно избегая смотреть на Сашку, к которому тут же подлетела взволнованная Алина.
— Пойду к себе. Хочу в душе отогреться.
— Иди, конечно. Переодевайся и выходи к нам, — ответила Наташа, с искренним сочувствием глядя на меня.
Как сомнамбула, я зашла в свой домик, включила душ и, не снимая купальника, встала под горячие струи. В каком — то отупении, в течении долгих минут, я стояла под водой, не двигаясь, уперевшись руками в стену. Наконец, я вышла и, не вытираясь, опустилась на постель.
Я сидела на скрипучей кровати, обхватив руками голову и раскачивалась из стороны в сторону. Железные пружины подпевали в такт моим движениям, словно сочувствуя. То, что произошло час назад, никогда и ни при каких обстоятельствах не должно было случиться! Просто потому, что не должно было произойти и всё! Никогда! И как я смогу смотреть ЕМУ в глаза после всего?! Куда прятаться, куда бежать?
Точно. Бежать!
Я вскочила с места и заметалась по маленькой комнате, в панике закидывая свои немногочисленные вещи в дорожную сумку. Забежала в душ, двумя рывками сорвала с себя купальник, кинула его в раковину, сполоснула пылающее лицо ледяной водой, затем осторожно дотронулась до всё ещё горящих от недавних сумасшедших ласк сосков. На секунду замерла, вспоминая горячие руки и ненасытные губы на своём теле... и застонала. Наверное, если была возможность прямо сейчас сделать себе лоботомию, чтобы напрочь стереть из памяти произошедшее, я бы не задумываясь это сделала.
Клянусь!
Вернулась в комнату, быстро натянула на себя бельё, джинсы и футболку. Завязав резинкой мокрые волосы в хвост, закинула на плечо сумку и, сунув босые ступни в мягкие мокасины, как воришка, который боится быть пойманным, осторожно выглянула за дверь. До меня доносились музыка и смех ребят. Хорошо, что домик, в который меня заселили, находился в отдалении от зоны барбекю, где сейчас и располагалась вся наша компания.
— Бут, иди зови Оксану, что — то долго она там переодевается, — смогла разобрать слова кого — то из парней.
