— Когда умерла мама, у меня случился первый магический срыв, — тихо произнесла я. — Магия проснулась, а я понятия не имела, как ею управлять. Отец был слишком подавлен горем и не придал этому значения… Второй срыв случился тем вечером, когда ты и Алекс, и еще ребята… В общем, тогда. А после этого я окончательно потеряла над магией контроль, и меня отправили в закрытый пансион для таких детей. Первые два-три года было очень тяжело. Незнакомая среда, постоянные срывы… Но именно поддержка других девочек очень помогала. Поэтому, если нужно, — обращайся, — закончила я свой откровенный монолог.
Вроде не собиралась жаловаться. И уж точно не Анху, которому пришлось всяко тяжелее моего, а все равно разговорилась. А он стоял и внимательно слушал.
— Наверное, твоему отцу стоило проявить больше участия, — осторожно заметил парень.
— Наверное, — согласилась я. — Но с отцом у нас вообще все сложно. Он очень любил маму, и, кажется, на меня его любви просто не осталось. Нет, у нас все нормально! — я поспешила сгладить впечатление, а то совсем некрасиво выходило. Я даже Лиенне так о папе не говорила. — Он все равно единственный из родных, кто у меня есть.
— А вот в этом я тебя понимаю, — усмехнулся Анх. — У нас с отцом так же. Он мне не родной, правда, но, кроме него, у меня никого нет. Не было, во всяком случае.
— Расскажешь? — я с надеждой посмотрела на него.
Анх на мгновение задумался и кивнул, колокольчики дзынькнули, а сам парень сел прямо на маты. Я опустилась рядом, поджав ноги и приготовившись слушать.
— С чего бы начать… — Анх посмотрел в сторону. Кажется, зрительный контакт ему в принципе тяжело давался. — Мне было восемь, когда я впервые увидел отца. Будущего. Настоящий у меня тоже был, как и мать. И братья с сестрами. У нас была большая семья, семеро детей. На тот момент…
Он вздохнул и все-таки поднял на меня взгляд.
— Тогда я ненавидел лорда Хейвара. Вообще я ненавидел всех, но именно отца назначил виновником своих бед.
— Папа рассказывал, что лорд Хейвар спас тебя от смерти…
— Спас, только осознал я это намного позже. А в детстве думал, что он насильно увез меня из племени, от семьи и всего, что было мне дорого и знакомо, в чужой недружелюбный мир. Как ты помнишь, встретили меня не слишком гостеприимно, — Анх усмехнулся, а я все-таки коснулась его руки.
— А сейчас? Все изменилось?
Он посмотрел на мою руку, лежавшую на его локте, потом на меня, и в его глазах заиграли странные блики.
— Изменилось, наверное. Прежде всего я. Как минимум научился читать, писать и не кусаться.
— Да если бы! Разве что не кусаешься больше, а в остальном… За столом сидишь молча, от людей убегаешь, друзей заводить не спешишь.
— Мне не нужны друзья, — тут же отреагировал Анх.
— Совсем? — и даже голос дрогнул.
Конечно, он понял, что я говорю и про себя.
— Дружба со мной принесет тебе одни проблемы. Я не уверен, что сумею защитить тебя… от всего.
— Знаешь что! — я резко встала, нависнув над ним. — Я тоже не нуждаюсь в защите!
— Правда, что ли? — темные глаза сверкнули.
— Да!
И тут же рухнула на Анха, сбитая его же ловкой подсечкой. Даже крикнуть не успела, как он поймал меня, на секунду задержав в руках, и посадил рядом. На все про все ему хватило пяти ударов моего колотящегося сердца.
— Это было нечестно! — заявила я.
— Учись, — пожал плечами Анх, и я невольно задержалась на этом движении. — Честно тебе меня никогда не победить.
— Посмотрим!
Накастовав общее ускорение и усиление на все тело, я в прыжке бросилась на Анха. Разумеется, из положения сидя да еще с такого расстояния он увернуться не успел, так что я сумела повалить его на лопатки. Правда, всего на секунду, после чего он круто развернулся — и уже я оказалась лежащей на матах, а Анх нависал сверху. Его колокольчики с прядей прохладно коснулись моего лица.
Брони на Анхе не было, и его сердце, оказавшееся под моей ладонью, билось быстро-быстро. В глазах снова заплясали золотистые блики — вблизи невозможно не заметить или ошибиться. Еще чуть наклонившись ко мне, почти вплотную, он как-то судорожно вздохнул и опять втянул воздух, принюхиваясь.
— Анх?
Это было… странно?
— Прости, — он резко откатился и сел, растирая лицо. — На меня иногда находит… Твой запах… ты так хорошо пахнешь. Чем-то сладким и вкусным. Я с детства запомнил.
— У нас с Лиенной цветочное мыло ее приготовления, я попрошу для тебя кусочек, — улыбнулась я, тоже садясь и стараясь сделать вид, что ничего не случилось.
Не случилось ведь?
Только мысли как разбежались, так никак не сбегутся обратно.
— Не надо, — улыбнулся Анх. — Не хочу пахнуть цветочками.
— Если передумаешь — обращайся, поделимся, — пошутила я, поднимаясь.
Понятно, что на этом наша и без того странная тренировка закончена, не стоит продолжать такое дальше.
Видимо, Анх решил так же.
— Джейн, если у тебя будут проблемы с Алексом, ты можешь мне сказать, — неожиданно предложил он.
А проблемы у меня будут…
— Я разберусь, не переживай, — успокоила его.