— Это точно, — проворчал Даргнаут. — Но без подтверждения слухи останутся лишь слухами. Давай попробуем пробежать через поле аккуратно, не попавшись ни одному ловцу?
— Какому ловцу?
— Это из магстрайка термины, — Алекс закатил глаза. — Так что, мне отправлять вестник, чтобы забронировали одно место в закрытой зоне?
— А можно пригласить еще и Лию? — ухватилась за соломинку я. — Она как раз хотела бы посетить магстрайк.
Особенно с участием самого Алеса.
— В специальную зону на трибуне можно попросить билет или для члена семьи, или для девушки. Будет странно, если я приведу двоих подружек, — Даргнаут усмехнулся. — Да и распылять внимание с тебя на кого-то другого не стоит. Или ты совсем не хочешь идти? Силком я тебя не потащу, не бойся.
— По правде говоря, я совершенно не разбираюсь в магстрайке…
— А тебе и не надо. Просто посидишь, можешь хоть с книжкой на коленях, если не смущает шум при чтении. К тому же моим родителям не слишком нравится текущая ситуация. Моя матушка отчего-то считает тебя «очень хорошей девочкой» и возлагает на нас большие надежды. И с нее станется собрать торжественный прием…
— Ладно, давай лучше магстрайк!
После таких аргументов трудно не согласиться.
Даргнаут удовлетворенно кивнул и на этом оставил меня в покое. В столовую мы заходили не вместе, но наше совместное отсутствие все равно заметили. Девушки ерзали на стульях, но спрашивать не решались. Лия тоже поглядывала на меня с любопытством. Адам был в своем репертуаре.
— Опять отношения выясняли? — с упреком спросил нас обоих.
— Радуйся, что не с тобой, — парировал Алекс.
— Вы же двое сильнейших, надежда нашей группы… — попробовал воззвать к нашей совести Адам, но быстро понял провальность затеи и умолк, не найдя понимания и отклика.
Да, было бы забавно сейчас взять и объявить, что мы вообще-то помолвлены. Хотя… я посмотрела на сидящих рядом девушек, вовсю строящих Алексу глазки…
Нет, не забавно. Лучше о таком молчать в тряпочку и не нарываться. Может быть, на выпускном мы расскажем это как веселую шутку, но точно не сейчас.
Если не считать самого первого раза, занятия магией разума и прорицанием проходили достаточно обыденно и ровно. Виною тому — отсутствие способностей у большинства студентов и программа, рассчитанная скорее на теорию. Как маги мы должны уметь распознавать воздействие на свой разум и уметь ему хотя бы отчасти противостоять.
Магистр Девон рассказывала про разные артефакты, которые могут влиять на разум. Одни делали человека более привлекательным в глазах других и помогали располагать к себе окружающих. Другие влияли непосредственно на жертву, затуманивая ей сознание и внушая нужные эмоции и мысли.
— Такие артефакты строго контролируются, хотя, как вы понимаете, все равно находятся умельцы и желающие нажиться, — озвучила неутешительный факт магистр. — Поэтому на практическом мы будем работать с учебными образцами подобных артефактов, чтобы вы знали, как они ощущаются.
— Ну хоть что-то интересное, — проворчал Санта.
После обеда мы под строгим надзором преподавательницы пробовали действие артефактов, влияющих на разум. И если становиться привлекательнее в глазах окружающих получалось почти у всех, то воздействовать артефактом на разум другого оказалось на порядок сложнее. Как правило, воздействия или почти не было, или оно оказывалось слишком топорным и легко сбрасывалось.
— Джейн, попробуй ты, — предложила магистр, передавая мне кольцо.
— Внуши Санте, что «Красные демоны» лучше «Черных драконов» — весело посоветовал Адам.
— Этого не сумеет даже самый лучший маг разума, — фыркнул южанин и смело вышел вперед.
Я надела кольцо-артефакт на палец, подумав, взяла Сантьяго за руку, помня, что физический контакт усиливает воздействие, заглянула в глаза.
— Санта, что ты нашел в своих «Черных драконах»? — проникновенно начала я. — Они ведь далеко не лучшая команда, даже «Мантикорам» проиграли.
— Идут седьмыми в текущем розыгрыше, — шепотом подсказал Адам.
— Идут седьмыми в текущем розыгрыше, — повторила я.
— Пропускают почти больше всех.
— Пропускают почти больше всех, — вторила я Адаму.
В глазах Санты появилось некоторое сомнение, но каких-то явных подвижек я не наблюдала. Поэтому решила зайти с другой стороны.
— А в «Ядовитых мантикорах» играет наш друг Алекс, не лучше ли болеть за своих?
— За своих? — переспросил Санта, и стало понятно, что я на правильном пути.
— Конечно! Алекс — классный игрок в магстрайк и наш одногруппник! — заливалась я соловьем, поражаясь самой себе. — На следующей игре надо болеть за него, правда?
— Надо бы, — неуверенно кивнул Санта. — Но я столько лет болел за «Драконов»…
— Не обязательно совсем их бросать! Можно болеть и за «Драконов», и за «Мантикор»!
— Вообще «Мантикоры» неплохи, — неожиданно подтвердил Сантьяго. — Молодая команда, а уже многого добилась. Идет второй после «Демонов». К тому же Алекс за них… не то чтобы я любил Даргнаута, но мы же все-таки в одной группе…
Сантьяго будто бы убеждал сам себя, и мне оставалось только кивать и поддакивать.